Трагический рейс

— Жозе, иди скорее! Я нашел Телемаха, но не могу его поймать: он слишком напуган. К тебе у него больше доверия, быть может, он откликнется на твой зов.

Так оно и было. Как только Жозе проскользнула в каюту, обезьянка выскочила из своего укрытия, как чертик из коробки, и прыгнула ей в руки! На бедного зверька больно было смотреть. Пробыв три дня в этой темной и влажной пещере, замирая от ужаса под постоянными ударами гигантских валов, обрушивающихся на световой люк, голодный Телемах был скорее мертвым, чем живым. Он цеплялся за нас, как утопающий, которого только что вытащили из воды.

— А знаешь, — говорит Жозе, — в первый же вечер после его исчезновения я побывала на судне, но дело было ночью и Телемах не показывался и не откликнулся на мой зов. Должно быть, сознавал, что напроказил, и боялся шлепков!

Как бы то ни было, мы счастливы и не сердимся, когда ночью Телемах из рук Жозе перелезает ко мне, желая убедиться, что мы оба на месте и вся семья в сборе. Еще раз пытались спать на пляже, спасаясь от москитов, но дождь прогнал нас оттуда. Мы так промокли на губчатых матрацах, что не в состоянии сдержать дрожи. Такая же погода с сильными шквалами продолжалась весь следующий день. Воспользовавшись перерывом между двумя шквалами, отправляюсь на охоту в лес около биллабонга. Проходя через длинную полосу густого кустарника, слышу слабый шорох листьев, как будто вспорхнула трясогузка, и на мгновение показывается серая фигурка, которая исчезает или, скорее, взлетает в воздух. Но мне удалось опознать зверька: это маленький кенгуру. По правде говоря, он не так уж мал, но уступает своим сородичам, обитающим в пустынях Центральной Австралии. Те достигают двух метров в высоту. Я не успел даже поднять к плечу ружье: все произошло слишком быстро. Продвигаясь вдоль другого биллабонга, значительно меньших размеров, обнаруживаю двух игуан, правда не таких крупных, как та, в которую я промахнулся накануне. Но они вне досягаемости. Возвращаясь в лагерь, все время держусь поближе к прудкам, где, как мне кажется, собираются животные, и замечаю двух больших зелено-красных попугаев, а немного дальше — двух индеек, убегающих в кустарник. Все они очень пугливы и держатся на почтительном расстоянии. Этот уголок, кажется, кишит дичью, и мне очень досадно, что не удается приблизиться к ней. Тем не менее я все же сумел подстрелить птицу, похожую на куропатку, которая сидела на макушке эвкалипта. Это опять-таки получилось не слишком спортивно, но я не джентльмен. Первая птица, подстреленная мною на болоте, была вкусной, но очень жесткой. Эта же, хотя и значительно меньше, наоборот, жирненькая и отменна на вкус. До тех пор, пока есть у меня патроны, мы сможем добывать немного пищи, но рассчитывать, что это продлится долго, не приходится!