Закаты
- Автор: Сегень Александр Юрьевич
- Серия: Поп #2
- Год: 2012
- Язык: русский
- Год: Вече, Грифъ, Лепта Книга
- ISBN: 978-5-4444-0462-1, 978-5-905889-06-6, 978-5-91173-324-7
- Жанр: Другая проза
Электронная книга - «Закаты». Краткое содержание книги:
— Понимаю, — нахмурился Белокуров.
— До чего же спать хочется, — вздохнул Тетерин, понимая, что им всё же придётся провести тут некоторое время, поспать.
Вскоре появился отец-основатель. Не голый — на нём был всё тот же балахон, но волосы оказались мокрые, и он вытирал их капюшоном.
— Ну что же вы? — спросил он. — Постеснялись?
Глава пятнадцатая
МАЛО СОВ — ЕЩЁ И ЗАРЯНКИ!
— Невозможно работать.
— Вы даёте нереальные планы.
— Это, как его?.. Волюнтаризьм!
— В моём доме не выражаться!
Он убегал. Убегал от Марины. Сам удивлялся тому, как это он мог затеять женитьбу с ней. Теперь он отчётливо осознавал, что нисколько не любит её, потому что любит только Катю. Мало того, хуже того — он осознавал, что княжество и жаворонки есть полный бред. Всё получилось не так, как замышлялось ему, и он видел, что поздно что-либо исправлять. Напрасно он соблазнился деньгами Катиного мужа, напрасно с такой легкомысленностью согласился строить царство жаворонков подле пещеры с ублиеткой. Ночное зловонное извержение — лишнее тому доказательство. Следовало ограничиться бедной колонией, а не зариться на проекты дворцов и замков. Он сердился и раздражался всё больше, да к тому же обе предыдущие ночи скверно спал. Можно сказать, почти не спал вовсе. И потому всё теперь казалось полным бредом. Да и разве не бред, что один из приехавших сегодня под утро гостей как две капли воды похож на него? Только полнотелый и усатый. И разве не бред, что Катя сказала ему только что, совершая вместе с ним обряд утреннего омовения: «Теперь хочу тебя того — усатого»? И смеялась так, как смеётся, затевая очередной взбалмошный проступок. Теперь, приближаясь к гостям, Владимир Георгиевич с ненавистью рассматривал своего толстого и усатого двойника, понимая, что Катя во что бы то ни стало охмурит этого с виду добродушного малого.
— Ну что же вы? — спросил он. — Постеснялись?
— Да как-то, с первого разу... — пробормотал в ответ двойник.
— Вот оно, вот оно, вот оно! — заворчал, еле сдерживая злобу, Ревякин. — Ханжество-то человеческое. Раздеться целомудренно, являя себя солнышку, стесняемся. А втайне, совершая какой-нибудь блуд, не стесняемся обнажаться. А бог-то всё равно нас видит, наготу нашу, и ту, и эту. Бог-солнце в наготе к нам приходит, в священной наготе. А когда мы в грешной наготе тайнодействуем, он не приходит, но видит нас.
— Аминь, — шутливым тоном произнёс двойник, видимо, пытаясь сменить пластинку.
— Ну ладно, — вздохнул отец-основатель. — Что-то я накинулся на вас с нравоучениями с утра пораньше. Пойдёмте, я покажу вам наши достижения народного хозяйства. На чём я остановился, когда мы прервали беседу?
— На том, что России нужно жить по солнцу, — подсказал второй гость, имя которого, как и имя двойника, почему-то выпало из памяти Владимира Георгиевича, подпорченной бессонными ночами. Он помнил только, что тот, который двойник, работает редактором газеты, а его спутник — специалист по раскопкам.
— Именно по солнцу, друзья мои, именно по солнцу, — сказал Ревякин и умолк, чувствуя, как эта жизнь по солнцу уже в печёнках у него сидит.
— Хм... — кашлянул редактор-двойник. — Послушайте, дружище, а ведь вы и впрямь на удивление похожи на меня, а я — на вас. Мы могли бы вместе рекламировать какое-нибудь средство для похудения. Я бы говорил, что я — это я до того, как стал пользоваться средством, а вы бы уверяли дураков, что вы — это я после.
Специалист по раскопкам рассмеялся. Отец-основатель тоже сделал вид, что ему очень смешно. Он стал собираться с мыслями, что делать и что говорить дальше, но ему не дали. Внезапно прямо перед ним выросло свирепое бородатое лицо, оснащённое стальными и страшными глазами и ощеренным ртом, в котором отсутствовало несколько зубов. Не успел Владимир Георгиевич припомнить, как зовут этого бывшего жаворонка, сбежавшего год назад, а на него уже обрушилось гневное:
— Опомнись, покайся, нечестивый изверг Максенций! Доколе будешь улещать невинные души своею поганой ересью? Окстись, нечестивый лжеучитель! Дождёшься такого затмения солнца, что сера с небес просыплется и огонь, аки на Содом и Гоморру. Вот оно, смердящее изгноение твоей лжеверы! — Бывший жаворонок указал рукой в сторону основания замка, затопленного извержениями ублиетки. — А коли не прекратишь бесстыдных своих радений, то и вся местность разверзнется, ад и сера поглотят тебя и твоих присных!