Избранные произведения. III том
- Автор: Гуин Урсула К. Ле
- Год: 2020
- Язык: русский
- Год: Интернет-издание (компиляция)
- Переводчик: Ирина Алексеевна Тогоева
- Жанр: Боевая фантастика
Электронная книга - «Избранные произведения. III том». Краткое содержание книги:
Урсула Ле Гуин повлияла на таких маститых писателей, как Салман Рушди, Дэвид Митчелл, Нил Гейман и Иэн Бэнкс. Ей неоднократно присуждали «Хьюго», «Небьюлу», «Локус» и Всемирную премию фэнтези. В 2014 году ее наградили Национальной книжной премией за выдающийся вклад в американскую литературу.
Содержание:
Порог
Глаз цапли
Резец небесный
Лавиния
Рассказы (сборник)
Морская дорога (новеллы, сборник)
Время, занятое жизнью (эссе, сборник)
Все остальные «номера» оказались не заняты. В туалете слышалось негромкое неумолчное «тинк, тинк», но я так и не сумела обнаружить, где именно подтекает. Обед и завтрак мне принесли на подносе прямо в хижину; они оказались вполне съедобны. А мухи появились вместе с полуденной жарой, множество мух, но все же не такое устрашающее кишение, какого я ожидала. Сетки на окнах и дверях не позволяли насекомым проникнуть в помещение, а противомоскитный костюм не позволял им кусать меня на улице. Мухи были коричневатые, мелкие и весьма слабенькие на вид.
Весь первый день до вечера и все следующее утро я бродила по городу (названия которого так и не сумела нигде обнаружить, ни на одном доме или лавчонке его не было) и все отчетливее понимала, что склонность местных жителей к меланхолии и депрессиям именно здесь достигает своего максимального уровня. Островитяне были поистине печальным народом. Они казались не просто апатичными, а безжизненными. Слово «безжизненные» долго крутилось у меня в голове, но все же показалось мне наиболее подходящим.
И я поняла, что непременно потрачу зря целую неделю и сама окончательно впаду в депрессию, если немедленно не возьму себя в руки и не начну задавать интересующие меня вопросы. Прогуливаясь по набережной, я заметила, что мой знакомый молодой лодочник ловит рыбу с причала, и направилась прямиком к нему.
— Не могли бы вы рассказать мне о бессмертных? — спросила я его после обмена обычными любезностями.
— Ну, большинство людей просто ходят и ищут их. В лесу, — ответил он.
— Нет, я не алмазы имею в виду, — сказала я, проверяя работу трансломата. — Я алмазами не особенно интересуюсь.
— А ими никто больше особенно не интересуется, — сказал он. — Раньше тут было полно туристов и охотников за алмазами. Наверное, теперь они все чем-нибудь другим занимаются.
— Но я читала в книжке, что у вас на острове есть люди, которые живут очень, очень долго, которые… вообще не умирают.
— Да, есть, — равнодушно согласился он.
— И в вашем городе бессмертные люди есть? Вы случайно ни с кем из них не знакомы?
Он проверил крючок.
— Нет, не знаком, — сказал он. — Был тут один новый — давно, еще во времена моего деда, — но уплыл на Большую Землю. Вообще-то, это женщина была. И, по-моему, есть еще одна такая, в деревне, — он мотнул головой в сторону центральной части острова. — Мать ее однажды видела.
— А вам бы хотелось прожить долго-долго?
— Еще бы! — воскликнул он с предельным энтузиазмом, на какой способен уроженец Йенди. — Сами понимаете!
— Но бессмертным вам все-таки быть не хочется, раз вы носите эту противомоскитную сетку, верно?
Он кивнул. Он явно не видел тут проблемы, достойной обсуждения. Ну да, он ловил рыбу в сетчатых перчатках и окружающий мир видел сквозь сетчатую накидку, но ведь такова жизнь.
Хозяин магазина объяснил мне, что до той деревни примерно день ходу пешком, и показал тропу, ведущую туда. Моя сумрачная хозяйка упаковала мне провизию на дорогу, и на следующее утро я вышла в путь, сопровождаемая небольшим, но упорным хороводом мушек. Прогулка получилась скучной, монотонной. Идти пришлось по низкой болотистой местности, но солнце приятно пригревало, да и мухи вроде бы от меня отстали. Я на удивление быстро добралась до деревни, даже не успев проголодаться и съесть свои припасы. Островитяне, должно быть, ходят очень медленно и крайне редко, решила я. Но деревня явно была та самая, которую я искала, потому что все говорили мне только об одной деревне. Но и у деревни опять же не было названия.
Деревушка была маленькая, бедная и печальная: шесть-семь деревянных лачуг, больше всего похожих на русские избушки, но на сваях, спасавших от болотной сырости. Домашняя птица, что-то вроде фазанов грязно-коричневого цвета, бродила повсюду, издавая тихое гортанное курлыканье. Двое ребятишек тут же убежали и спрятались, стоило мне подойти поближе.