Сахара и Судан (Результаты шестилетнего путешествия по Африке)
- Автор: Нахтигаль Густав
- Год: 1987
- Язык: русский
- Год: Наука
- Переводчик: Г. А. Матвеева
- Жанр: Путешествия и география
Электронная книга - «Сахара и Судан (Результаты шестилетнего путешествия по Африке)». Краткое содержание книги:
Мне не терпелось познакомиться с более крупным поселением тунджуров, чье происхождение и расовая принадлежность вызывают такие сомнения. Пока что мне встречались лишь их отдельные представители. Г. Барт причислял их к одному из тамошних племен, которое забыло свой первоначальный язык. Мои предположения и единодушные высказывания тех немногих людей этого племени, которых я знал до сих пор, сводились к тому, что они имели арабское происхождение. Среди жителей этого поселения, существовавшего уже столетия, не сохранилось даже малейшего предания относительно языка, некогда свойственного их племени. Поселение Мондо насчитывало примерно двести очагов. Оно было обширнее, зажиточнее, чем Мао, и лучше содержалось. Его глава носит канембуский титул фугобо. Хижины и их ограды были возведены весьма тщательно, а обширные засеянные поля в соседних неглубоких долинах свидетельствовали о трудолюбии и благосостоянии жителей. По чертам лица и всему облику они вполне походили на укоренившихся во внутренней Африке арабов (которых кануры называют «шоа»), с каковыми я познакомился в Куке. Однако они стали лучшими знатоками языков, ибо многие понимали и говорили на канури, а некоторые на дазага, тогда как в своей среде пользовались исключительно арабским языком.
День прошел в оживленных обсуждениях островов Карки в восточном Чаде и истоков и течения Бахр-эль-Газаля. В них приняли участие как присутствовавшие тунджуры — преобладающие жители местности между Мондо и начальной частью этой речной долины, так и много путешествовавший Дуд, Несколько месяцев назад он воспользовался дорогой из Борну, обходящей Чад с юга. После перехода через реку Шари он направился к северу, попал в Мондо через территорию деггена и лагунную область асала и кури и, таким образом, лично проделал путь вокруг самой восточной части озера, не наткнувшись на открытые водные пространства.
Я охотно бы остался в Мондо подольше, чтобы с помощью людей, знающих то место, где Бахр-эль-Газаль вытекает из озера Борну, постараться как-то приподнять покров, все еще закрывающий его. Однако Бу Алак настаивал на возвращении в Ягуббери и, к моему большому сожалению, не захотел даже подождать еженедельного базара, собиравшегося на следующий день (3 декабря), так что мне пришлось отказаться от превосходной возможности получить представление о составе населения этого округа. На обратном пути нам повстречался знакомый Бу Алака, по имени Беше, который, подобно вышеупомянутому Мусе, приходился двоюродным братом нынешнему алифе и тоже временно занимал в Мао пост наместника. После безуспешных попыток снова получить должность от короля Али или, как он говорил, потому что он не желал, будучи верным сторонником Борну, принимать назначение от правителей Вадаи, он отправился назад в Металлу и пригласил нас к себе в гости. Туда же был послан с верблюдом раб Хазаза Барка, чтобы раздобыть зерна для своего хозяина, и поскольку тот, подобно фугобо Сетте, еще не успел прибыть в Ягуббери к нашему возвращению, то мы и решили на следующий же день воспользоваться приглашением Беше.
4 декабря, двигаясь примерно в южном направлении, мы через два с половиной часа оказались в канурийской деревне Анчали. Ее хижины, числом от восьмидесяти до ста, лежали среди нескольких долин с обработанными полями ее жителей. Оттуда, отклоняясь немного к западу, мы добрались до нашей цели, Металлы — деревни далатоа, насчитывавшей около ста очагов, и остановились в доме алифы Беше. Он состоял, как и дом фугобо в Ягуббери, из обширной ограды из сиггеди, внутри которой располагались различные соломенные хажины, несколько навесов (кафия на канури) и открытая терраса под покрытой землей крышей (сукейфа, арабск.). Она служила для приема гостей и там-то мы и застали хозяина дома за беседой с соседями. Один из них, родом из смешанного племени томагера, довольно образованный муаллим этого местечка, смог снабдить меня интересными пояснениями относительно сложных этнических отношений в Канеме.