Сатисфакция. Горький вкус мести

Катя всё видела, абсолютно всё. Женя никак не мог защитить девочку от происходящего, хотя старался изо всех своих сил. Но возможностей у молодого человека для этого было немного, особенно после того, как отчим выставил Женьку из дома. Евгений переехал к родному отцу и к своему стыду, даже испытал некоторое облегчение от того, что ему больше не нужно будет больше наблюдать за вечными скандалами, пререканиями, криками. Он радовался тому, что не должен смотреть на процесс саморазрушения собственной матери. Это вызывало дикий стыд, ведь Катя продолжала находиться среди людей, для которых совершенно нормальным явлением считаются хлесткие и обидные слова.

Сколько себя помнил, Женя всегда пытался защищать маленькую сестренку. Парень хорошо помнил тот момент, когда отчим привез маму домой с маленьким свертком в руках. Память отчетливо зафиксировала, как брезгливо отчим посмотрел на девочку и отказался её даже взять на руки. Он открыто заявил, что не собирается нянчиться с выродком, сломавшим ему жизнь. Сразу же ушел, оставляя мать с осознанием ее ненужности и маленьким ребёнком на руках. Мать, конечно же, бросилась в спальню, где проревела до самого вечера, а бедная новорожденная оказалась никому ненужной. Сначала Жека тоже злился на малышку, ведь если бы не она, то и мама не ушла к другому мужчине. Ребенок начал плакать, а потом и вовсе надрывно кричать, маленькому Жене стало жаль никому ненужное дитя. Но он не знал, что делать. На руки взять? Он боялся, что сделает что-то не то… Маму позвать? Мать сама прекрасно всё слышала, но была слишком занята собой и своими переживаниями.

В итоге мальчик не выдержал и все-таки взял на руки ребенка. Что удивительно, Катя сразу же успокоилась в его руках, только испуганно глядела на него своими огромными и по-детски чистыми глазами. Евгений не мог сказать, что тогда произошло. Может ему просто стало жаль сестру. Или быть может вспыхнули пресловутые братские чувства. С тех пор мальчишка не позволял старшим обижать ее. Женя совершенно по-взрослому решил, что у него есть любовь его родного отца, а вот маленькой сестричке и этого не досталось. Почти всегда он брал на себя вину за проказы маленькой Катюши. Очень часто его наказывали вместо нее. Женька терпел, тем более Катя всегда искренне просила прощение после случившегося.

— Вот ты где! — неожиданно его одиночество нарушили. Жене не нужно было оборачиваться, чтобы понять кто его потревожил. Иногда Евгению казалось, что Вит всегда знал где его найти, словно настроенный на Евгения навигатор имел. Иногда это бесило и раздражало, особенно когда появлялось желание остаться в одиночестве.