Сочинения в четырех томах. Том 2

Тиффани повернулась и, легонько укусив Бонда за ухо, прошептала:

— Теперь купи мне второй мартини и расскажи: какую женщину ты хочешь видеть рядом с собой в постели?

Небрежным жестом подозвав официанта, Джеймс повторил заказ и, закурив сигарету, уставился в потолок.

— Прежде всего, — начал он, — она должна уметь приготовить пикантный соус с не меньшим блеском, чем яичницу.

— О, это так характерно для кривоногих мымр, которым, кроме своих кулинарных способностей, нечем похвастать.

— Напротив, Тиффани, напротив. Она обладает всеми женскими прелестями. Золотые локоны. Серые глаза. А линии ее губ — они просто созданы для поцелуев. Ее ноги и грудь способны поставить на колени любого. Ну и, кроме того, она остроумна, немного хитровата, прекрасно играет в карты. А улыбка — боже мой, я готов выпрыгнуть за борт, только бы увидеть ее снова!

— Неужели ты женишься на этой красотке, если встретишь ее в жизни?

— Не исключено, что и да. Но все дело в том, что я уже почти женат. На мужчине. Его имя начинается с М. Если я решу жениться на женщине, это может вызвать его неудовольствие.

— Скажи, Джеймс, ты хочешь, чтобы у тебя были дети?

Бонд пожал плечами.

— Можно в принципе одного-двоих. Но лишь после того, как я уйду в отставку, иначе они вряд ли доживут до совершеннолетия. А что думаешь по этому поводу ты?

— Каждая девушка, наверное, мечтает прийти вечером домой и обнаружить в прихожей солидную мужскую шляпу. Вся беда в том, что она украшает не всегда достойную голову. Я знаю, что блестяще выгляжу в обществе, но я такая только на людях. Тебе трудно понять это, твоя работа не терпит рутины. Ну, а что касается остального, то путь салонной девочки не по мне. Приобретая деньги, теряешь друзей. А я не хочу оставаться в одиночестве. Как сказала одна проститутка с Бродвея: «Что это за утро, если, проснувшись, ты не нашла кого-нибудь рядом с собой?»

Джеймс натянуто засмеялся.

— Сейчас ты выбралась из рутины, но все-таки я хочу узнать одну вещь. У тебя было что-нибудь с Серафимо? Что означали эти спальни в экспрессе и столик, накрытый для двоих?..

Прежде чем он успел закончить, она резко поднялась и направилась к выходу из бара.

Оставив на столе десять долларов, Джеймс бросился за ней. Догнав ее в коридоре, он заслонил дорогу.

— Послушай, Тиффани…

— Как ты мог, Джеймс, — она повернула к нему залитое слезами лицо. — Зачем, зачем ты испортил все?

Тиффани вытащила из сумочки носовой платок.

— Ты нисколько не изменился после нашей первой встречи. Такой же недоверчивый и прямолинейный.

Он быстро нагнулся и взял ее на руки.

— Любовь моя, поверь, я должен был спросить об этом, иначе между нами встала бы такая стена, разрушить которую мы бы уже не смогли. Для меня та ночь навсегда останется диким кошмаром, а когда я увидел этот столик…