Дети Йеманжи

…Белые-белые стены. Серая безликая офисная мебель. Стол со стеклянной крышкой, кресла на колёсиках. Огромное, от пола до потолка, окно. Постер на стене: перекрещённые серо-бело-лиловые полосы – в металлической рамке. Журчащий кулер у дверей. Было очень тихо, и именно из-за этой непривычной тишины Эва не сразу узнала рабочий кабинет матери. Таким он мог быть только в выходной день. Впрочем, у сеньоры Нана Каррейра никогда не было выходных.

Открылась белая дверь, вошла мать – в своём лавандовом костюме, белой блузке, туфлях на шпильках, с причёской из чёрных выпрямленных волос, уложенных волосок к волоску, с айфоном в руках. Подойдя к столу, привычно положила айфон так, чтобы видеть экран. Села, взглянула на дочь.

– Ну, как? Было весело? Эва?

Эва молчала.

– Надеюсь, теперь, когда ты всё увидела своими глазами, ты успокоишься?

– Я не понимаю тебя, – осторожно сказала Эва. За годы жизни с матерью она научилась прятать свои эмоции и сейчас старалась, чтобы голос её звучал ровно. – Я и так спокойна.

– Да? Зачем же ты полезла в этот балаган?

– Зачем ты скрывала от меня мою семью? – вопросом на вопрос ответила Эва. Мать молча смотрела на неё тёмными, холодными глазами. Эва не отводила взгляда. И сама не понимала, почему ей больше не страшно.

– Твоя семья – это я и отец, – не повышая тона, сказала мать.

– А моя тётя? Мои братья? Моя сестра?

– Послушай, Эва, ты умная девочка. Я это знаю с твоего рождения. – Мать вытащила сигареты, не спеша прикурила, затянулась, глядя в окно. – Всё, что я делала – я делала только ради твоего блага. У тебя было всё для того, чтобы ты была счастлива. Ты училась в престижной школе. Ездила в Америку и Европу. Тебе покупали всё, что ты хотела. Тебе даже не мешали заниматься чепухой с красками! У тебя впереди – блестящее будущее, карьера, деньги. С твоим умом и моей помощью ты легко достигнешь успеха. И я не могу понять, почему…

– Я тебе очень благодарна, – повысив голос, оборвала её Эва. В глазах матери мелькнуло изумление: никогда прежде дочь не решалась перебить её. – Но я хочу знать: почему я не была знакома со своей тётей и её детьми. Между прочим, половина из них – твои. Как так вышло?

– Боюсь, что это – не твоё дело, – спокойно сообщила мать. – Но ты права. Лучше я тебе расскажу всё как было. Я – а не это отребье, которое ты зовёшь своими братьями. Видишь ли, есть женщины, которым вовсе не нужно рожать детей.

– Это ты?

– Это моя сестра Жанаина. Йеманжа, если тебе так угодно. – По тонким губам Нана скользнула брезгливая улыбка. – Дети ей, к сожалению, совершенно не даются. Таким набитым дурам, как она, лучше вообще делать аборты. Впрочем, у неё лишь два сына. Старший – этот армейский обрубок, Огун. Что ты в нём нашла привлекательного, не понимаю. Ограниченный, тупой, озлобленный наёмный убийца…