Трио неизвестности [litres]

В этой же фирме ИХ приобрёл грузовую сеть, приказал расстелить её в кузове и закрепить, чтобы не съезжала. Затем разведчики отправились в редакцию «Трубадура Пучербумбля», из которой ИХ вышел слишком быстро – всего через двадцать минут, причём вышел непривычно задумчивый и явно недовольный.

– Что-то не так?

– Они гордятся тем, что распродают весь тираж.

– То есть архива у них нет? – догадался Аксель.

– Нет, – с грустью подтвердил Бабарский. – И публичной библиотеки в Пучербумбле нет. Жаместитель главного редактора сказал, что в школе имени Иобиендистеля библиотека точно есть, но это не точно.

– Точно есть библиотека, но это не точно?

– Не придирайся к словам. Имеется в виду, что библиотека точно должна быть в школе, но жаместитель главного редактора в ней никогда не был.

– В школе?

В ответ Бабарский посмотрел на Акселя с такой грустью, что Крачину стало его жаль. И, чтобы сменить тему, он поинтересовался:

– А этот Иобиендистель кто такой? Местный учёный?

– Владелец четырёх из девяти окрестных рудников, – ответил ИХ. – Семь лет нажад на его деньги был отремонтирован сарай.

– Школьный?

– Уточнять я не стал, но надеюсь, что да.

В мире должно оставаться место чистым и светлым мечтам. Ну и надежде, разумеется, куда без неё?

Увидеть обновлённый сарай Крачину не довелось. Что же касается школы, то её бурое здание с несколькими выбитыми, заделанными фанерой окнами и следами пожара в левом крыле производило гнетущее впечатление. Мрачностью оно напоминало казармы штрафного батальона и, судя по всему, было призвано подготовить учеников либо к ним, либо сразу к тюрьме. Как вариант – сначала к работе на рудниках, а уж потом – к тюрьме.

Учеников в школе не оказалось, учителей тоже, видимо, разбрелись на заработки, зато директор отыскался сразу – ругался с арендатором, снявшим цокольный этаж левого крыла под склад алхимических материалов. Как понял Бабарский, нескольким шустрым ученикам удалось добраться до запасов арендатора и начать барыжить на районе «алхимическими материалами» самостоятельно, что и вызвало у того законное негодование.

К счастью, никто никого не убил.

Пока.

Бабарский терпеливо дождался окончания бурного диалога, в ходе которого директору всё же удалось убедить собеседника, что он не контролирует вредоносную группировку, не получает доли за продажу исчезнувших «алхимических материалов» и не станет помогать ему разбираться с учениками, потому что у него с этой группировкой нейтралитет. После этого слегка утомлённый уриец перевёл взгляд на ИХ:

– Что случилось, брат?

– Есть дело, брат, – деловито ответил суперкарго. Слушая разговор, Бабарский примерно понял манеру общения директора и превосходно её воспроизвёл.