Новый мир. Книга 1: Начало. Часть первая

Серафим обиженно потупился, но вступать со мной в перепалку не решился. Даже не знаю, чего я на него так набросился — вообще-то в мои привычки не входит вымещать свою злость на слабаках и неудачниках. Это все из-за Кости, этой сучки с ее ядовитым языком!

Карол засмеялся пуще прежнего, с легкостью приняв своего приятеля за новый объект насмешек. Я посмотрел на него неодобрительно. Его сухощавое остренькое веснушчатое личико, обрамленное рыжими волосами, да еще и мерзкий непрекращающийся хохот — ну прям вылитая гиена. Мне захотелось сказать ему что-нибудь не менее обидное, чем Флоре. И уж я бы отыскал подходящие слова. Но как раз в тот момент, когда они готовы были сорваться у меня с языка, дверь медпункта открылась и оттуда грустно выбрел Боря. Своей медленной походкой вразвалочку и ссутулившимися плечами он напоминал мультяшного медвежонка.

— Как дела, дружище? — пока Карол поспешил шмыгнуть в медпункт, дружелюбнее обычного обратился я к однокласснику, потрепав его по плечу. — Чего пригорюнился?

Немного удивленный этим жестом, Коваль посмотрел на меня с благодарностью и, как обычно, с тенью смущения. Бедный Боря, наверное, испытывал смущение даже когда спал.

— Не пускают, — опустив глаза, шепнул он. — Я ее как только не пытался уговорить — ничего не помогает. Говорит, что с моей астмой и аритмией мне туда нельзя.

— Не расстраивайся. Думаешь, это прямо так сильно интересно — пройтись туда-назад строем под дудочку физрука и посмотреть на старые развалины? — попробовал утешить его я, хотя заверения мои прозвучали, пожалуй, без должной искренности. — Мы наснимаем там видяшек — увидишь то же, что и мы, но не придется плестись по бездорожью под горку!

— Вообще-то нельзя так говорить про церковь, — неожиданно прошептала Вита, по-прежнему сидя рядом с остекленевшим взглядом. — Вы разве не знаете, что это дом, в котором живет сам Господь Бог? У него даже стены священные, каждый кирпичик. А вы говорите — «развалина».

— Какой такой там живет бог? — глупо ухмыльнулся Флоря. — Старый Прохор там живет, да и только! Не знаем мы, что ли?! Ты, Вита, совсем прибацаная!

— Это ты глупый и ничего не понимаешь!..

Мы какое-то время наблюдали за развитием спора между двумя по-своему выдающимися личностями, одну из которых все считали чокнутой, а второго — непроходимым тупицей, но вскоре отвлеклись от этого зрелища. Коваль еще раз вздохнул — так печально, что этот вздох мог бы разжалобить камень.

— Спасибо, Димитрис, — Борис выдавил из себя улыбку. — Знаю, что ты это говоришь только для того, чтобы мне было не так обидно… но спасибо.

— Держись, дружище, — я еще раз дружески потрепал его по спине. — Зато ты историю сдал. В отличие от некоторых.

— Ну да, — с несчастным видом тот пожал плечами.

Вряд ли мне удалось поднять бедняге настроение — так он и ушел на выходные, повесив нос. Провожая Коваля взглядом, я искренне ему посочувствовал и дал себе твердое обещание всерьез попробовать убедить школьного врача допустить-таки его к походу. Но вскоре мои мысли сами собой отдалились от Бори и вернулись к теме, которая донимала меня после услышанного от Кости. Так я и стоял, прогруженный, перебирая в памяти кое-какие неоднозначные семейные воспоминания, которые прежде старался лишний раз не ворошить, пока не прошли медосмотр Серафим (отрицательно) и Вита (положительно) и раздавшийся из-за двери окрик «Следующий! Или все уже?!» не вывел меня из ступора.