Прощание славянки
- Автор: Ушаков Александр Геннадьевич
- Год: 2018
- Язык: русский
- Год: Мультимедийное издательство Стрельбицкого
- ISBN: 978-3-85-658811-4
- Жанр: Военная документалистика и анализ
Электронная книга - «Прощание славянки». Краткое содержание книги:
Почему к концу войны Россия осталась без армии и кто был в этом виноват?
Была ли Первая мировая война Отечественной войной и какую роль она сыграла в Судьбе России?
Именно на эти и многие другие вопросы мы и попытаемся ответить в нашей книге.
Поэтому мы не будет детально разбирать военные операции, а проследим, как их успехи и неудачи отражались на жизни нашей страны.
Попытаемся мы по мере сил разобраться и в таких сложных вопросах, как философские, социальные экономические аспекты войны и как эту самую войну в свете всех этих аспектов готовили в Германии.
И, конечно, рассказать о тех людях, которые отдавали свои жизни за нашу страну.
Отдавали не потому, что им приказывали их отдавать, а потому что не могли иначе.
Около двух миллионов наших соотечественников сложили свои головы на полях сражений Первой мировой войны.
Ни газовые атаки, ни многократное превосходство противника, ни отсутствие боеприпасов не смогли сломить русского солдата.
В тяжелейших условиях он совершал героические подвиги и в очередной раз спас Европу, сражаясь на самых критических направлениях.
И эта книга — призыв помнить и чтить их Светлую Память…
«Deutschland über alles!»
Германия превыше всего…
Сложно сказать, что видел ли сам Гегель войну только как диалектическую противопложность миру, но в нашем случае главное другое: при желании можно любую философию превратить в реакционную.
И чего только в этом плане стоит одно только: «Не думайте, что Я пришел принести мир на землю; не мир пришел Я принести, но меч, ибо Я пришел разделить человека с отцом его, и дочь с матерью ее, и невестку со свекровью ее».
Понятно, что священники понимают под этими словами духовную борьбу и очищение человека от всего наносного.
Зато крестоносцы, инквизиция и военно-религиозные ордена будут всегда понимать эти слова букавально.
В конечном счете, дело вовсе не в философии, а в том кто и что хочет увидеть в ней.
Давайте себе представим, что не было бы ни Гегеля, ни его диалектики.
Не стала бы Германия воевать за передел мира?
Да, конечно, стала бы.
Чингисхан, Тамерлан, Юлий Цезарь и Александр Македонский не имели представления о триаде и Абсолютном духе, но мир, тем не менее, завоевывать шли.
Да и Наполеон, хорошо знавший идеолога революции Ж. Ж. Руссо, куда больше полагался на пушки.
Ленин проводил целые часы в эмиграции в бесконечных спорах и даже писал об эмпириокртицизме, но когда вопрос зашел о завоевании власти, он направил в Зимний дворец два полка вооруженных людей.
Фразу, ошибочно приписываемую Мао Цзе Дуну «Винтовка рождает власть!», первым произнес в несколько иной интерпретации Чан Кайши.
Вот и вся, по большому счету, философия.
Другое дело, что куда благообразнее выглядит любое деяние, если его оправдать филсофией великого мыслителя…
А теперь давайте посмотрим, что говорили о германском духе такие видные русские философы, как Н. А. Бердяев и Ф. М. Достоевский.
«Это, — писал Н. А. Бердяев, — воплощенная германская воля.
Немец — не догматик и не скептик, он критицист. Он начинает с того, что отвергает мир, не принимает извне, объективно данного ему бытия, как не критической реальности.
Первоощущение бытия для немца есть, прежде всего, первоощущение своей воли, своей мысли.
Настоящий немец всегда хочет, отвергнув мир, как что-то догматически навязанное и критически не проверенное, воссоздать его из себя, из своего духа, из своей воли и чувства.
Все должно пройти через немецкую активность и организацию.
Мир изначально предстоит германцу темным и хаотическим, он ничего не принимает, ни к чему и ни к кому в мире не относится с братским чувством.
Перед немецким сознанием стоит категорический императив, чтобы все было приведено в порядок. Мировой беспорядок должен быть прекращен самим немцем, а немцу все и вся представляется беспорядком.
Мировой хаос должен быть упорядочен немцем, все в жизни должно быть им дисциплинировано изнутри. Отсюда рождаются непомерные притязания, которые переживаются немцем как долг, как формальный, категорический императив.
Германский народ долгое время внутренно накоплял свою энергию, напрягал свою мысль и волю, чтобы потом явить миру манифестацию и материальной своей силы.
Германец, прежде всего, верит в свою волю, в свою мысль, им самим изнутри поставленный категорический императив, в свою организаторскую миссию в мире, духовную и материальную.
Воля к власти над миром родилась на духовной почве, она явилась результатом немецкого восприятия мира, как беспорядочного, а самого немца, как носителя порядка и организации.
Мир германский и есть центральная Европа по преимуществу.
Германские идеологи сознают германцев создателями и хранителями центральноевропейской культуры. Францию, Англию, Италию, Россию ощущаю они окраинами Европы.
Судьба германизма представляется судьбой Европы, победа германизма — победой европейской культуры.
Религия германизма сознает германский народ той единственной чистой арийской расой, которая призвана утверждать европейскую духовную культуру не только усилиями духа, но также кровью и железом.
Германизм хотел бы навеки закрепить мировое главенство центральной Европы, он стремится распространить свое влияние на Восток, в Турцию и Китай».
Иными словами, в основе германской духовности лежала все та же идея «нового», и теперь уже немецкого порядка, стремление к установлению которого получит свое наибольшее выражение перед Второй мировой войной.