Дело о ядах [ЛП]

— Принц разыскал меня после того, как я сбежала, потому что он хочет быть не таким королем, чем его отец. Тем, кто действительно заботится о людях. Он больше похож на нас, чем на любого из дворян. Его мать была посудомойкой. Королю было стыдно за него, и он прогнал его на кухни. Придворные отвергли и поносили его.

— Мне нравится, как ты превозносишь все мои достижения, — говорю я, делая вид, что меня задело. Что нетрудно, потому что я чувствую себя немного уязвленным. Я рассказал ей все это по секрету, а не для того, чтобы она обсуждала меня с незнакомцами. Я приоткрываю рот, но Мирабель бросает на меня еще один опасный взгляд.

— Йоссе разыскал меня, потому что он хочет исцелять людей. Кто я такая, чтобы отказывать в помощи? Ты знаешь, как такая цель может изменить человека, — она смотрит на него, пока он не вздыхает.

— А другие королевские дети? — спрашивает он. — Они тоже живы? До меня дошли слухи о дофине и каком-то непродуманном восстании, — и снова он сердито смотрит на меня, как будто мы с братом — одно и то же.

Мирабель на мгновение ловит мой взгляд, излучая страх и восторг. Новости о нашем восстании распространяются, как мы и надеялись. Но никто из нас не подумал, что может случиться, если слухи дойдут до Теневого Общества.

Я поднимаю руки.

— Если дофин жив и возглавляет восстание, я буду последним, кого он наймет. Он ненавидит меня.

Ложь достаточно правдива. Если бы восстание было идеей Людовика, меня бы не включили. Так же, как он не входит в наши планы — пока что.

— Когда я сбежала, все члены королевской семьи болели в полуразрушенной лачуге, — добавляет Мирабель. — Им потребовалось бы чудо, чтобы выжить.

Еще одна умная полуправда. И восхитительно иронично, ведь она была нашим чудом.

— Я ничего не слышала о королевской семье или восстании, — продолжает она, — но дымовые твари вызывают беспокойство, — она искусно переводит разговор на тушу на столе. — Я нашла этого мертвым на дороге и решила изучить его, чтобы увидеть, как я могу помочь невинным людям, попавшим под перекрестный огонь их атак, поскольку они бродят по городу.

— Я не знал, что Лесаж их выпустил, — Грис озабоченно разглядывает зверя.

Мне хочется сказать, что он многого не знает. Но поскольку я уверен, что Мирабель убьет меня за такое признание, я держу свои губы плотно сжатыми.

— Спасибо, что принес больше припасов, — говорит Мирабель, тянется к мешку Гриса, но он отступает и держит его вне досягаемости.

— Я хочу помочь тебе, Мира, но ты ставишь меня в затруднительное положение.

— Я знаю, — тихо говорит она. — Я бы никогда не попросила тебя скрывать что-то от матери, если бы я не была уверена, что это правильно. И я уверена. Это лучше всего для людей — я уже вылечила множество людей на улице дю Темпл, а также немощных в Отель-Дьё — как раньше это делало общество. Я прошу тебя хоть раз поверить мне, а не ей. Выбрать меня в этот раз.

Грис смотрит на Мирабель, которая складывает руки перед грудью и делает умоляющее лицо. Бросив последний взгляд на дымового зверя, затем на меня, он со вздохом бросает мешок.