Гамбит. Пешки ходят первыми

Практически в ритме танца он собрал свои вещи и оделся, выпив заботливо приготовленный аспирин и надеясь, что это яд. Лориан без оглядки вышел из обители Костлявой навстречу зимнему дню, как сообщало ему Солнце, висевшее высоко над горизонтом. Тусклый солнечный свет, едва пробивавшийся сквозь густые облака, исходил от светила, давно поднявшегося в хмуром небе. Тени, отбрасываемые предметами, после прохождения Солнцем зенита уже отмерили середину короткого зимнего дня. Углы и наклоны стрелок недвижимого циферблата отсчитывали последние дневные часы и неминуемое приближение следующей ночи, которую Фрей ждал с нетерпением с той секунды, как открыл глаза. Липкий и мокрый снег продолжал сыпаться из сизых облаков и, опустившись на землю, собирался в комья на лестнице, ведущей к парадной ее дома.

Лориан уныло пнул снег ботинком, рассматривая темный след в сероватой поверхности скомканной аморфной массы под ногами, и стряхнул ее в сторону с подошвы, стоя на самом верху лестницы. Спускаясь вниз, с тяжелым сердцем Фрей проделал путь по ступеням к двери своей припаркованной машины.

Темнокожий мальчишка лет десяти, игравший в приставку и опиравшийся на капот, быстро поднял велик с тротуара и исчез за поворотом, стоило Лориану подойти ближе. Еще двое ребят постарше, сидевшие в машине на другой стороне улицы, завели мотор и также исчезли в переулке. «Часовые», – понял Фрей.

Это многое объясняло. Эванс поджидали, и Фрей Лориан стал ее страховкой, к которой, ко всему прочему, еще и приставили охрану. Вот только теперь Лориану предстояла задачка со звездочкой – объяснить все произошедшее сестре, и желательно, но не обязательно, без кровопролития. Он мог объяснить ему все, начиная со знакомства с девушкой за ужином, заканчивая поездкой к ней домой. Все, каждое свое слово и действие, кроме того, где он остался у нее на ночь, и почему так хорошо выспался. Этого Фрей не мог объяснить даже себе, а, возможно, просто не хотел, или хотел, но не объяснял, раз все и так понятно.