Мой ненастоящий
- Автор: Шэй Джина
- Серия: Бывший и сопричастные #3
- Язык: русский
- Жанр: Современные любовные романы
Электронная книга - «Мой ненастоящий». Краткое содержание книги:
— Я предельно серьезен, Маргаритка, — мой босс поправляет запонки на рукавах рубашки, — сейчас ты наденешь это платье, мы спустимся в ресторан, и там я сделаю тебе предложение. Ты согласишься выйти за меня замуж. Поняла?
— А если не соглашусь? — в горле пересыхает.
— Окажешься на улице, — холодно улыбается Владислав Каримович, — как тебе идея остаться без работы?
***
В моей жизни и так все не просто. Есть прошлое, к которому я ни за что не хочу возвращаться. Есть много нерешенных проблем. Только ему на это все плевать. Он просто решил, что хочет на мне жениться. И мое мнение на этот счет его не волнует.
— Итак, я могу повторить свое предложение, — бесцветно и теряя ко мне остатки интереса мой свекр устремляет взгляд в ночное небо над нашими головами, — я могу помочь тебе сгинуть. Безболезненно потеряться в русской глухомани, и даже получить небольшие отступные, которых хватит на скромную жизнь. Ты исчезнешь, а я помогу моему сыну сделать верный выбор.
— Или?.. — я слышу свой почти севший голос будто со стороны. — У всех вопросов такого рода всегда есть «или». Вариант, который должен лишить меня остатков выбора. Давайте, я жду его с превеликим нетерпением.
— Или эта справочка сейчас же полетит на электронную почту моему сыну, — мой ядовитый тон не очень-то впечатлил Ветрова-старшего, — и тебе предстоит разбираться с последствиями своего предательства. Он вышвырнет тебя сам. Насколько я его знаю — вышвырнет.
Да, он может. У всякого терпения бывает конец, и он действительно может счесть, что с него достаточно моих попыток побега.
Или… Или он меня оставит. Как домашнюю зверушку без права голоса, и то, что мне казалось возможными симптомами оттепели — умрет на корню. Он больше никогда мне не поверит.
Куда ни глянь — везде топь и болото. Выбора и вправду совершенно нет.
— Ну и что же ты мне скажешь, Маргарита? — напоминает о себе Карим Давидович. — Совсем скоро мой сын спохватится, что тебя нет внизу. И в этом случае мое предложение потеряет свою актуальность. Два раза я предлагать тебе уйти по-хорошему не буду. Так что валяй. Выбирай.
Издевку в голосе он даже не старается скрыть.
Действительно, выбирай, Рита. «Уйти по-хорошему», взяв «что дают», предать Влада или допустить собственное разоблачение. Что он узнает, что я все-таки готовила почву для отступления.
Черт меня дернул с этой экспертизой. Просто хотела понять, каким же именно образом моя подпись оказалась на заявлении, без всякой задней мысли, но кто сейчас поверит в мое любопытство, когда предательство — куда более верибельный мотив для подобных инсинуаций.
— Ты видно думаешь, что у меня железное терпение, девочка? — тон отца Влада становится антарктически ледяным. — Я ведь могу отправить ему письмо прямо сейчас. И посмотреть, как быстро ты вылетишь за порог его дома, его фирмы и его жизни в принципе.
Ну что ж, если он формулирует свой вопрос так…
— Отправляйте, — бессильно озвучиваю я, чувствуя, как острие копья в моей груди медленно проворачивается, сминая мои легкие в кровавое месиво, — что бы он со мной ни сделал, я это приму. И если он решит, что я ему не нужна — это будет его решение. А не мой побег.
Произношу это и шагаю обратно в дом. Достаточно с меня этого разговора.
— Надеешься на его снисхождение? — презрительный голос моего свекра настигает меня уже у самого входа. Его пристальный взгляд я чувствую спиной, даже не поворачиваясь.
Я замираю всего на секунду, а потом покачиваю головой. Нельзя надеяться на то, чего просто нет. Уж чем-чем, а снисхождением, милосердием мой муж не одарен от рождения.
Не знаю, на что я надеюсь. На что-то невозможное по своей сути.
Отчасти, я надеюсь, что меня остановят.
Что скажут, что все это розыгрыш, проверка, что на самом деле, у Карима Давидовича были другие причины разговаривать со мной на эту тему, да еще и так небрежно. И моего разоблачения не будет.
Но вот заканчивается первый мой шаг. Потом второй, третий…
Я оказываюсь в коридоре второго этажа, а меня так никто и не остановил. Никто не идет, не едет за мной следом. Не препятствует мне идти дальше.
Вот позади ступени лестницы, а кажется, что ледяная черная пропасть.
Сколько прошло времени? Минута? Две? Более чем достаточно, чтобы отправить жалкое сообщение. Сколько нужно Владу, чтобы понять, что именно за фотографию ему прислал отец и что она значит? Несколько секунд, при его-то убийственно-остром интеллекте.
Сколько он даст мне времени, прежде чем исполнит свой приговор? Несколько часов? Несколько минут?
Такое ощущение, что я шагаю по углям босыми ногами.
Я не знаю, что он решит…
Точно знаю, что вряд ли мне выпишут еще одно помилование. Слишком много лжи. Слишком контрастно это смотрится на фоне всех моих попыток его соблазнить.
Можно подумать, что я его отвлекала, а сама отчаянно хотела снова сбежать.