Битва при Коррине [litres]

Верховная колдунья Россака содрогнулась от недовольства и отвращения. Она подняла свою затянутую в перчатку руку, и Абулурд заметил, что на кончиках ее пальцев пляшут электростатические искры. Колдунья выпустила в толпу невидимый заряд, и бесшумный взрыв отбросил прочь сотни людей. Они полегли, как пшеничные колосья от порыва шквального ветра. Некоторые упали и остались лежать, корчась от боли с обожженной кожей, стремительно покрывавшейся волдырями. Один мужчина вообще обуглился, и от его сожженной кожи и волос поднималась струя дыма.

Статические разряды танцевали по телу Тиции, которая разрядила ментальную энергию в толпу. Наконец иксианцы, испугавшись, притихли. Те, кто устоял на ногах, в ужасе отошли назад. Колдунья окинула их долгим уничтожающим взглядом, а потом приказала солдатам отвести последних отобранных кандидатов на судно для окончательной отбраковки.

– Мы улетаем с этой планеты.

Абулурду было почти физически плохо. Стоя на трапе рядом с Тицией, он ожидал окончания погрузки. Колдунья была вне себя от ярости.

– Эгоистичные черви. Стоило ли тратить силы, чтобы спасать этих низших людишек?

Но с него хватило. Чаша терпения Абулурда переполнилась.

– Вы не смеете обвинять в том, что они пытались спастись.

– Спастись, не заботясь о жизни других. Я действую во благо всего человеческого рода. Мне же ясно, что у вас кишка тонка принимать трудные решения. Неуместное сочувствие может погубить всех нас. – Она скривилась и произнесла, намеренно причиняя ему обиду: – На мой взгляд, кварто Батлер, вы слабы и ненадежны в критических ситуациях… вероятно, вы непригодны к командным должностям. Как ваш дед.