Жена винодела [litres][The Winemaker's Wife]

– Что вы имеете в виду?

Инес долго смотрела на нее, потом сказала:

– Пожалуйста, пойдемте со мной.

Ничего не понимая, Селин последовала за Инес к машине Эдит, по-прежнему стоящей перед главным домом. Подойдя ближе, она с удивлением увидела на заднем сиденье двух человек, которые сидели, низко наклонив головы. Эдит посмотрела на Селин, как заяц, попавший в свет фар, опустила стекло со своей стороны и заговорила.

– Инес, – в голосе Эдит сквозило напряжение, – ты же собиралась сходить за Мишелем.

– Его нет дома, – объяснила Инес, и глаза Эдит снова метнулись к Селин. – Но Селин нам поможет. Мишель полностью ей доверяет, и я тоже.

На сей раз Селин все-таки дернулась, но не отвела глаз и подтвердила, глядя в лицо Эдит.

– Да. Вы можете мне доверять. – Она опять посмотрела на две фигуры на заднем сиденье – темноволосый мужчина и темноволосая женщина так и сидели, не поднимая головы, как будто эта поза могла сделать их невидимыми. Очевидно, им грозила опасность.

Выражение лица Эдит смягчилось, и она взглянула на живот Селин.

– Просто я не хотела бы вас в это втягивать.

– Я и так втянута, – проговорила Селин со значением, и, хотя она не сказала, что работает с Мишелем, Эдит, кажется, поняла.

– Самюэль, Рашель, все в порядке, – сказала Эдит, и двое на заднем сиденье наконец выпрямились. Они были моложе, чем показалось Селин сперва, – лет, наверное, двадцати с чем-то. Женщина выглядела смертельно перепуганной, мужчина – усталым до изнеможения.

– Здравствуйте, – сказал мужчина.

– Здравствуйте. – Тут Селин, помня, что в любой момент может проснуться Тео, вновь повернулась к Эдит: – Простите, но мой муж скоро проснется, и лучше ему вас не видеть. Чем я могу помочь?

В ту же секунду лицо Эдит приняло прежнее беспокойное выражение.

– Это Самюэль Кон и его сестра Рашель. Они евреи, и их ищут немцы. Им нужно спрятаться на сутки или двое, за это время мы свяжем их с людьми, которые помогут им выбраться. Я отчаянно пыталась найти какое-нибудь другое место, но, кажется, у нас больше не осталось вариантов. Это наше последнее прибежище.

Она бросила взгляд на Инес; губы у нее были поджаты, и Селин спросила себя, что за размолвка случилась между подругами. Инес вспыхнула и отвернулась.

– Но если, – продолжала Эдит, обращаясь к Селин, – вашему мужу нельзя доверять…

– Об этом не волнуйтесь, – сказала Селин. – Здесь есть много вещей, о которых он и понятия не имеет. – От этих слов вновь накатило чувство вины. – Просто надо пошевеливаться.

Эдит это понимала.

– Хорошо. Куда мы их поместим?

– У нас в погребах есть комната, которую почти невозможно найти.

– Погреб, где мы спрятали вино? – спросила Инес.

– Нет, этот не подойдет, его знает Тео. Нельзя прятать Конов там, где он может на них случайно наткнуться. Есть еще один тайник, более дальний.

Инес пришла в некоторое замешательство, и Селин с запозданием поняла, что собралась выдать их с Мишелем секрет – небольшую комнату, куда надо было идти по нескольким изгибающимся коридорам. Он периодически использовал этот тайник для встреч с другими подпольщиками, а иногда и для любовных свиданий с ней, Селин. Но сейчас не время об этом задумываться – Конов надо спрятать прежде, чем их увидит Тео.

– Отлично. А из дома есть дополнительный ход в погреба, – сказала Инес. – Надо только отодвинуть большой шкаф. Пойдемте.

Эдит и Коны выбрались из машины, и все пошли в дом.

– Благодарю вас, – прошептала Рашель, дотронувшись до руки Селин, и Селин заставила себя улыбнуться. Оглянулась на флигель: ни света, ни движения – никаких признаков, что Тео что-то видел.

Внутри дома Инес и Эдит вдвоем отодвинули шкаф, а Селин взяла лампу, и все пятеро поспешили по узким ступенькам вниз. В полном молчании Селин повела остальных по лабиринту меловых туннелей к погребу, где позади кирпичной стены пряталась небольшая комнатка.

– Как вы узнали об этом тайнике? – спросила ее Инес, когда Коны и Эдит нырнули внутрь. Селин отвела глаза и пожала плечами:

– Помогала Мишелю кое-что спрятать.

– Как бы я хотела, чтобы он так же доверял мне, – пробормотала Инес.

– Он доверяет, – быстро проговорила Селин, но встретившись с Инес глазами, почувствовала, что та, как и она, понимает: это неправда.

Они вошли вслед за остальными.

– Невероятное место! – воскликнула Эдит.

– Мишель оборудовал его еще до оккупации, – сообщила Селин. – На всякий случай.

– Но когда он успел? – спросила Инес, и в ее голосе послышались резкие нотки. – Мы же постоянно были здесь, помогали ему все подготовить.

– Не знаю, – солгала Селин, решив не заострять внимание на том факте, что Инес в первой половине 1940 года тратила больше времени на прическу и макияж, чем на помощь Мишелю.