Корона опустошения
- Автор: Агафонов Антон Романович Dragon2055
- Серия: Наследие Истинного Пламени #4
- Язык: русский
- Жанр: Фэнтези
Электронная книга - «Корона опустошения». Краткое содержание книги:
— Ты правда собираешься убить свою подругу, Самина? — заговорила она, но Зверь не мог ответить.
Он вновь бросился в атаку, прыжком обходя богиню с боку. Зверь желал впиться зубами в горло жертвы, напиться её крови, но Самина ему не дозволяла. В отличие от своего первобытного начала, она понимала, что вряд ли сможет собрать воедино голову, если по ней пойдут трещины.
Острые когти вспороли Ламат’Хашу бок, из-за чего оттуда в буквальном смысле стали выпадать внутренние органы. Женщина, покрытая алыми трещинами, отступала, пытаясь хоть как-то восстановить повреждения, но Самина не собиралась ей этого позволять.
Атака шипами прошла неудачно, Ламат’Хашу словно предвидела их появление и не позволила поймать себя в ловушку. Богиня скрылась в лесу, пытаясь сбежать, и Зверь последовал за ней, преследуя её по пятам. Пару раз Ламат’Хашу удавалось скрыться в алых трещинах, появляющихся на земле или деревьях, но Зверь её чуял даже тогда и без труда выходил на след.
В конце концов Зверь настиг Ламат’Хашу, но у той уже не было сил сопротивляться. Она просто лежала у одного из деревьев, истекая кровью, растерзанная на куски.
— Похоже, так просто мне от тебя не уйти? — спросила Ламат’Хашу.
Зверь не ответил, поэтому вперед вышла Самина. Она вернула себе контроль, и тело немедленно стало возвращаться в человеческую форму. В когтях и клыках больше не было никакой нужды, ведь всё было кончено. Несмотря на то, что богиня была опасна, Самина почему-то знала, что продолжения у этой схватки не будет. И все же фурия не отпускала силу, готовая в любой момент сплести из них лозы с шипами.
Ламат’Хашу печально рассмеялась.
— Это далеко не конец, Самина Лэмфорд. Мы с тобой ещё встретимся, и тогда я непременно тебя убью. А пока… что-ж… я дам вам попрощаться. В конце концов я милостивая богиня…
Внезапно Генриэтта вздрогнула, зашлась глухим кашлем, и Самина поняла, что её подруга вернулась. Уже в последний раз.
— Генри! — Самина, отбросив осторожность бросилась к ней, тут же оказавшись рядом. — Прости меня… Прости…
— Нет, это ты прости меня за то, что заставила волноваться… что заставила сделать это… Побудь со мной ещё немного…
— До самого конца, — пообещала Самина, взяв подругу за руку. Та улыбнулась, одновременно счастливо, но вместе с тем и грустно. Ей было больно, Самина это видела, но ничего не могла с этим поделать. Если только прекратить эти мучения, но… одно дело — позволить Зверю сразиться с Ламат’Хашу, и совсем другое — убить беззащитную Генриэтту самолично.
Самина села, прижавшись спиной к стволу дерева, и уложила Генри себе на колени. Это все, что она могла сделать в такой ситуации.
— Ты стала такой сильной, Самина…
Фурия хотела что-то сказать, но вместо этого просто расплакалась. Слезы, казалось, бесконечным потоком текли из глаз, и девушка ничего не могла с этим поделать. Ей было так больно… Она могла отдать боль Зверю, тот бы проглотил её, но это так же значило и отдать ему кусочек себя.
— Не плачь… все хорошо… — Генри протянула слабую, дрожащую руку и коснулась щеки Самины. — Я счастлива, что встретила тебя. И… спасибо тебе за мое освобождение…
Рука Генриэтты упала, а вместе с тем остановилось и дыхание. От осознания этого Самина вздрогнула и застыла, разглядывая лицо подруги. Она не дышала. Глаза Генри были закрыты, но поразило до глубины души Самину не это, а то, что её подруга улыбалась. Несмотря на пережитую только что боль, несмотря на все, сейчас она умиротворенно улыбалась.
— Мы встретимся в другом мире, Генри… — прошептала Самина, и несмотря на слезы тоже попыталась улыбнуться. — Непременно…
Ламат’Хашу открыла глаза и огляделась. Богиня стояла на коленях в какой-то небольшой комнатушке, с минимальным и крайне аскетичным убранством. Тут она была впервые, но ей пришлось так быстро покинуть прошлый сосуд, что выбирать не приходилось, и она переместилась в ближайших подходящий.
Несмотря на случившееся, Ламат’Хашу не испытывала большой злости. Генриэтта Штрейс была хорошим носителем, но учитывая те раны, было проще найти новый, чем починить тот. Что, собственно, богиня и сделала.
Бегло осмотрев комнату, Ламат’Хашу нашла зеркала и осмотрела себя. Перед ней была совсем молодая девушка, возможно шестнадцати-семнадцати лет, с русыми волосами, собранными в две косички. Невзрачная и слабая. Она с готовностью отдала себя богине, при этом ухитрилась потерять целостность при переносе и разрушиться, оставив после себя лишь обрывки сознания. Генриэтта Штрейс тем и нравилась Ламат’Хашу, что сохранила многое от себя даже после ассимиляции, а тут одно лишь разочарование.