История войны 1813 года за независимость Германии
- Автор: Богданович Модест Иванович
- Язык: русский
- Год: Литагент
- ISBN: 978-5-907171-45-9
- Жанр: История
Электронная книга - «История войны 1813 года за независимость Германии». Краткое содержание книги:
В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.
Таковы были действия Наполеона под Люценом.
Глава VIII
Отступление союзников за Эльбу
после сражения под Люценом
Союзники, удержав за собой часть поля сражения при Люцене, занятую ими в начале боя, но будучи обойдены с правого фланга и не имея возможности возобновить борьбу с превосходными в числе войсками Наполеона, были принуждены отступать. Положено было: в ожидании присоединения Австрии к союзным державам отходить назад, как можно медленнее, сохраняя порядок в войсках, удерживая на каждом шагу неприятеля и нанося ему потери. Союзники, не упуская из вида своей цели – возбудить общее восстание против Наполеона, – предполагали не отказываться от боя, а напротив того, искать его при всякой вероятности успеха. Они были готовы даже принять снова генеральное сражение, постоянно сохраняя возможность прикрывать свои главные сообщения, как с источниками собственных средств, так и с Австрией. Отступление в Силезию, параллельно богемским границам, удовлетворяло этим условиям. Для ослабления же противника и для развлечения его внимания признано полезным устремить на неприятельские сообщения несколько партизанских отрядов, которые, уничтожая средства французских войск, могли, вместе с тем, служить к возбуждению жителей против Наполеона.
Таковы были меры, принятые для отклонения вредных последствий, которыми угрожала союзникам потеря первого большого сражения в Германии. Недостаток в кавалерии не позволил Наполеону воспользоваться одержанным успехом, но, тем не менее, однако же, влияние Люценской битвы в политическом отношении было весьма важно. Наполеон, желая распространить во всей Европе очарование своей победы, разослал, еще в пылу боя, курьеров с известиями: в Париж, в Вену и даже в Константинополь1. Союзники также в начале сражения отправили известия об одержанных ими успехах в Берлин и Дрезден. По всей вероятности, эти депеши были посланы из главной квартиры союзных монархов ввечеру после сражения, когда еще предполагалось возобновить бой на следующее утро. Как только желанная весть пришла в Берлин, то приказано было там стрелять из пушек и совершить во всей стране благодарственное молебствие; все торжествовали и радовались. Вскоре затем узнали об отступлении союзной армии. Чем неожиданнее было роковое известие, тем сильнее поразило оно жителей Пруссии. Но дух и самоуверенность прусского народа нисколько не поколебались.
Напротив того, в прочих германских странах влияние сражения под Люценом было весьма невыгодно для союзников. Народное восстание надолго замедлилось;
господство Наполеона над князьями Рейнского союза утвердилось боем при Люцене, где войска их сражались весьма храбро за чужеземного властителя против соплеменных им воинов Пруссии. В главную квартиру союзных монархов приходили весьма утешительные известия о готовности германских народов и правительств принять их сторону: так, например, с баварской границы писали, что «весь баварский народ и сам наследный принц не хотят воевать за Наполеона», и проч. Но это были только пустые слова, а между тем страна по левую сторону Эльбы была совершенно во власти Наполеона2. Переговоры с Австрией тоже нисколько не подвигали вперед ее присоединение к российско-прусскому союзу. 12 мая (н. ст.) прибыл в главную квартиру императора Александра австрийский дипломат граф Стадион с поручением «возобновить определительные уверения венского двора присоединиться к российско-прусскому союзу в конце текущего месяца», но в то же самое время был отправлен генерал Бубна в Дрезден, к Наполеону, с собственноручным письмом императора Франца, в котором, предлагая посредничество Австрии, он писал: «Посылаю графа Бубну к В. И. В. в важнейшую минуту для наших государств (dans le moment le plus important qui puisse s’offrir pour nos empires). Именно в это время требую совершенной доверчивости.
Я счел нужным предупредить вас, Государь брат мой, письмом от 26 апреля, что я отнесусь в самоскорейшем времени к обеим державам с требованием окончательных объяснений насчет общего примирения. Ныне отправил я графа Стадион в главную квартиру российско-прусской армии. Я счел своим долгом выждать для этого послания момент, который я давно предвидел, тот, когда первое дело успокоило страсти и рассеяло многие химеры (j’ai cru devoir attendre pour efef ctuer cet envoi le moment que depuis longtems j’ai prévu, celui où une première afaf ire aurait amorti bien des passions et dissipé beaucoup des chimères). Это время настало, и Вашему Величеству предстоит самый завидный удел – даровать после блистательного подвига спокойствие миру»3.