Лягушонок и Мистер Совершенство

— Но вечером ты приедешь, мы хотели фильм посмотреть?

Читай, заняться сексом… Причем я на этом всячески настаивал, помнится. 

— Давай по обстоятельствам, не знаю, сколько по времени займет возня в гараже, не хочется обижать деда.

— Да, я понимаю, — в голосе Снегурочки было разочарование и недовольство, Полина не любила, когда что-то шло вразрез с ее планами.

Совесть противно заныла, неприятно чувствовать себя мудаком.

— На связи, милая, не скучай.

Запустил пальцы в волосы. Млять, что же я наделал?! А самая главная моя низость заключалась в том, что хочу еще делать, причем неоднократно. Надо быть честным с самим собой. Едва расставшись, я уже до безумия хочу видеть сводную рыжесть, слушать ее изощренные прозвища в свой адрес. Мне всегда нравилось c ней препираться, будоражит… И самое опасное, хочу ее целовать, у нее такие полные мягкие губы, попробовав однажды, невозможно забыть. А я не устоял, вкусил запретный плод… Вся она чистой воды искушение: идеально помещающиеся в моей ладони сиськи, бесконечные стройные ноги, несмотря на то, что Инна худышка, округлая и мягкая попка. «Моя попа, как орех» — это про нее. Да, я идиот, хочу еще глотать, глотать это, временами веселое, временами игривое, и постоянно палящее страстью, искушающее солнце.

Пальцы сами потянулись к телефону, нажали контакт под названием «Лягушонок». Что я творю?! Попыталось проснуться здравомыслие. Но гудок уже пошел, отступать поздно, слишком трусливо… да и не хочется.

— Здравствуй, Мистер Ранняя Пташка, — раздался в трубке веселый, немного сонный голос сводной сестры.

— Здравствуй, Сеньорита Соня.

— Нет, я не Соня, к счастью или нет, но мама нарекла меня Инной, что означает бурный поток.

Действительно, бурный, увлекающий все на своем пути, сметающий любые преграды и внутренние установки.

— Как ты себя чувствуешь после вчерашних алкогольных излияний, голова не болит?

— Нет, не болит, только кружится.

— Сильно кружится?

— Нет, не очень, но я еще не пробовала вставать с постели.

— Уже почти десять, — возмутился я.

— Н-да, ужасная рань, надо еще поспать.

И сладенько зевнула. Я даже ушами, на расстоянии, услышал, увидел, почувствовал, как она соблазнительно потянулась. Палаточный городок в моем одеяле стал еще выше.

Вроде бы ни о чем веселом не разговаривали, Инна даже не юморила толком, но на моих губах опять улыбка блаженного идиота.

— Я сейчас позвоню тете Наташе, чтобы загрузила тебя по полной работой.

— Э-э-э нет, теперь я не самая младшая, для золушкиной работы есть еще Ульянка.

— Не эксплуатируй младшую сестру.

— Хорошо, не буду, приезжай, поэксплуатирую старшего брата.

— Каким образом?! — нарывался я.

— Оу-у… У меня изощренная фантазия.

Ее «оу-у» прошлось горячими когтями по хребту… Интересно, какие фантазии в голове у этой чуточку протрезвевшей девушки. Она хотя бы протрезвела, во мне же с каждой минутой нашего общения добавлялось хмеля.