Американский плохиш (ЛП)

Я вздыхаю. Очевидно, он знает о сегодняшнем инциденте. Думаю, все знают. Эту пилюлю тяжело проглотить.

— Нет, об этом не переживай, — отмахиваюсь я, будто пытаюсь отвадить от себя плохие флюиды. — Я дёргаюсь, потому что мы с Лорен порвали.

Камерон медленно проглатывает полный рот пива, а его брови взлетают до небес, пока он осматривает меня.

— Я не знал. Это дерьмово, старик.

— Ага. Я просто пытаюсь понять, что делать. Я думал, что смогу пожить у неё, но теперь, думаю, мне нужен план Б.

— Ты остаёшься со мной, — быстро перебивает Камерон. Он не спрашивает меня. Это не приглашение. Это — утверждение.

— Это мило в твоей стороны, но тебе не стоит делать этого. Поверь мне, я не поэтому попросил тебя прийти.

— Нахер это. Ты остаёшься со мной. Решено. Бросишь кости у меня настолько, сколько потребуется, чтобы разобраться в себе... Эм, то есть, понять себя, — он нервно смотрит на меня.

— Спасибо.

Почему-то слово кажется мне таким ничтожным, чтобы выразить свою благодарность.

— Не начинай, — он пожимает плечами. — Звучит так, будто в последние дни ты побывал в аду. Если проживание у меня поможет, дом в твоём распоряжении. Я никогда не смогу отплатить тебе за то, что ты сделал для меня, капитан. Немногие рискнули бы своей жизнью, как ты, чтобы спасти меня. Если сон на моём диване — это то, что может тебе помочь, значит, можешь оставаться столько, сколько понадобится, — он чеканит слово за словом.

— Ты хороший человек, Армстронг, — я отпиваю ещё немного моей девочки «Стеллы», и она так легко идёт.

— Не начинай, Капитан. Но… — его глаза мечутся к моим, и он нервно облизывает губы.

— Да?

— Я просто хочу, чтобы ты знал, что я помогу тебе всячески, как смогу. Типа, если тебе нужно будет плечо, чтобы опереться при ходьбе или что-либо ещё, с этим я тоже могу помочь.

— Мне не нужна помощь, спасибо, — мои ледяные слова заканчивают разговор.

Камерон поднимет этикетку от своего пива и странным образом скручивает её. Он выглядит будто на распутье.

— Я думаю, нужна, — наконец-то отвечает он, и его голос едва ли громче шёпота, но намек ясен как никогда.

— Послушай, мне не нужна помощь, — в третий раз за день повторяю я. — Если это что-то типа верёвочек, за которые ты хочешь подергать, чтобы я остался, значит, забудь, — я со стуком ставлю бутылку и встаю. Я не имею понятия, куда я направляюсь, но я не собираюсь сидеть здесь и слушать это дерьмо.

На экране начинаются пятичасовые новости, и включается дневное видео с дрожащей картинкой, которое я уже видел сегодня ранее. Я останавливаюсь и в ужасе пялюсь, когда я вижу себя — яростного, паникующего и кричащего на бедного мужчину в минивэне, чтобы он проехал. Ужас на моём лице — неоспоримый, и мой желудок бьётся в конвульсиях, как рыба на льду, когда я, словно призрак сверху, наблюдаю за собой возле машины.

— Это история сегодняшнего дня, — ведущая с ярко-красными губами сообщает в камеру. — Капитан Мак Форрестер, выпускник Вест Поинта, и известный герой, ветеран, который потерял ногу, спасая несколько человек на войне в Афганистане, был арестован за инцидент, свидетелями которого вы только что стали.