Пропавшая

Очнувшись, я посмотрела в чуть светившееся оконце и поняла, что уже разгорается утро. Присев, поводила затекшими от неловкой позы и твердой поверхности лавки, плечами и всем телом. Потом встала, несколько раз наклонилась взад-вперед и побрела к двери, гремя цепью. Хотелось пить и в туалет.

— Эй, кто-нибудь? — постучала кулаком и прислушалась.

За дверью было тихо. Вновь стучала и прислушивалась, и когда уж было искала угол для опростания, послышался скрип ключа и дверь открылась. На пороге, хмурясь, стоял невысокий худощавый мужичок, и в руках держал ковш и кусок хлеба.

— На вот, — протянул мне принесенное, — Когда захочешь на двор, постучишь. Выведу.

— Мне надо сейчас, — держа ковш в руке, — еле терплю.

Тот посмотрел на меня и, помолчав, двинулся ко мне и присел. Достал ключ и повернул в замке. Как только щелкнуло, я со всей силой обрушила на его голову ковш, расплескав воду. Тот охнул и свалился под ноги. Потом я быстро выпуталась из цепи, обмотала того за ногу, своими оторванными тряпками связала, как смогла, ему руки за спиной и воткнула в рот кусок от юбки. Тот уже очнулся и замычал, задергался. Я вновь подхватила ковш и еще раз огрела им по голове. Мужичонка вновь затих. Приложив пальцы к шее, поняла, что жив, просто в обмороке. Проверила голову — крови не было.

— Слаб на головку-то, — съязвила в пол голоса, глядя на неподвижную фигуру тюремщика, — Надо бы еще и обыскать. Вдруг еще ключи какие есть.

Я понимала, что он здесь не один, что есть еще кто-то, тем более, что помнила сражение и свою охрану в количестве семи человек. Тех должно было быть больше, если только не предательство Кадо. Теперь я знала, кто он и должна была срочно попасть во дворец. Выглянула из двери и поводила головой, высматривая дорогу и возможных напарников связанного охранника. Было тихо и пусто. Прикрыв дверь, повернула замок и прокралась на цыпочках по узкому полутемному коридору. Он освещался одним фонарем со свечой внутри. Остановилась у следующей двери и прислушалась. Там было тоже тихо. Начала потихоньку тянуть двери на себя. Приоткрыв, заглянула. Там была небольшая комната, со столом и остатками пиршества, с четырьмя топчанами и скомканными на них одеялами и подушками, в углу стоял сундук и около небольшого окна лавка. Людей не было. Выглянула в окно. Сквозь грязные разводы магического пузыря, разглядела участок с небольшими кустами и дальше овраг, а потом лес до самого горизонта. Осторожно прошла комнату и медленно открыла другую дверь. В щель потянуло воздухом, и я поняла, что она выходит во двор. Приоткрыв, поняла, что туда ходу нет — недалеко трое мужчин седлали лошадей, а еще двое копошились в сарае. Я заметила их в открытые настежь ворота. Быстро прикрыв дверь, вернулась к окну и, применив ножик, который нашла на столе, резанула по оконному пузырю. Тот лопнул и ворвался в комнату свежий ветерок. Я оглянулась. На столе лежал ломоть хлеба, недопитая бутылка с чем-то, видимо с вином. Сгребла это, прихватив еще и кусок жаренного мяса, завязала все в юбку, потом оглядела комнату и увидела небольшой длины округлый предмет, похожий на земной тубус с ремешком. Слегка приоткрыла и увидела картон, цветастый свернутый в рулон, подумала, что карта и повесила себе на шею. С трудом вылезла из окна. Упала на бок, ударившись о землю, резво поднялась и, прячась за кустами, в три погибели, побежала что есть силы. Добежала до оврага и, не глядя, съехала по крутому склону вниз. Получился не съезд, а скат, с его последствиями я разбиралась потом, когда достигла кромки леса и углубилась в него.