Легенды о Дневе. Право на счастье. Часть 1

– Гиёмо, командир конницы, того что от неё осталось! Слушайте меня, – в разговор вступил мужчина в помятом шлеме, из– под которого струились тонкие струйки крови, а плащ был похож на тряпку для мытья полов: рваный, обожжённый и весь заляпанный грязью и кровью, – остатки конницы двинутся по правому флангу вдоль редута. Мы попытаемся разбить левый фланг противника с тыла!

– Отличная идея, тяжёлая пехота встанет под редутом – Левардье прервал свист стрелы, пролетевшей в нескольких сантиметрах над его головой – Черт! Маги с редута заменят орудия и будут бить по наступающему войску!

– Я согласен – сказал старец с замазанным от заклинаний сажей лицом. –Инвильд, командир того, что раньше звалось могущественным Конклавом. Мы поделим наших магов. Часть из них создаст барьер под редутом, защищая пехоту от стрел, а вторая будет вести бой!

– Лучникам рассредоточиться вдоль редута и снова зажечь стрелы! – Лицо Левардье давало понять, что этот бой он не собирается проигрывать.

Спустя двадцать минут все были готовы принять последний бой в своей жизни. Триста с лишним человек смотрели смерти прямо в лицо, не желая сдавать последний рубеж. Начало светать, остатки армии под командованием Левардье сорвались, словно бешеные псы. Отряд карателей не ожидал, что за редутом остались живые люди. Подавив в течение ночи все очаги сопротивления, они чувствовали вкус победы, но теперь их рты наполнялись вкусом крови. Огромные огненные шары, выпускаемые магами, полетели в карателей! Стрелы железным дождем ударили по тяжёлой броне нападавших, щиты трещали от натиска. Враги бросились вперед, но, словно вырвавшись из– под земли, их атаковала тяжёлая и лёгкая конница, по виду напоминавшая гончих псов, но никак не королевскую армию. Изорванные красные плащи, горевшие прямо на солдатах, крики ужаса и отчаянья до смерти напугали карателей! Когда они пришли в себя, было уже поздно. Лёгкая пехота ударила с левого фланга, маги и лучники давили отряд постоянным огнём. Тяжёлая пехота поступью вековых титанов врезалась в ряды противника, как топор врезается в дерево.

Снова воздух содрогали крики заживо горящих солдат. Маги не могли больше сдерживать блокаду. В бреши незамедлительно били лучники врага, рассекавшие верхом на чёрных лошадях. Вместо розового рассвета солдат окутал смог и пепел, не давая дышать. Тяжёлая пехота отступила вплотную к редуту в попытках защитить магов Конклава, которые падали десятками, как только завеса прорывалась. Конница была похожа на загнанного зверя, который в попытках вырваться метался то вправо, то влево. Лучники бросали своё оружие, поднимая найденные щиты и мечи, топоры и пики, срывали тяжёлые шлема и наравне с пехотой шли в этот тяжёлый бой, погибая под натиском врага.

Спустя два часа карательный отряд противника, насчитывающий тысячу двести солдат, пал. В отступление ушло всего лишь четыре сотни солдат. Левардье, с ног до головы омывшийся кровью, гнал остатки своего отряда вслед за врагом. Четырнадцать всадников напоминали врагу саму смерть, что преследовала их, наступая на пятки.