Легенды о Дневе. Право на счастье. Часть 1

– В контракте не были указаны время или дата, так что считаю договор выполненным со своей стороны и требую свою плату! – Эльф прищурился. – Или мне забрать его с собой?

– Нам он будет полезнее, сколько тебе должны эти господа? – в разговор вмешалась Теринс.

– Сто пятьдесят – за работу, сто – за ранение, тридцать корон – за новую одежду и пятьсот корон за издержки и риск – эльф ухмыльнулся, задумываясь за что ещё можно взять плату.

– Бурт! – рявкнула Тернис, обращаясь к стоящему рядом с ней молодому врачу. – Забери тело и приведи в порядок! К утру он должен быть в сознании, ты понял? Так, а теперь перейдём к денежному вопросу. Вы не считаете, что сильно загнули цену для наёмного убийцы?

– Я оцениваю свою работу, учитывая причинённый мне ущерб и тот профессионализм, с которым она выполнена и ничего более.

– Да ты просто сдурел, Гласшарт! – не выдержал Альвур. – Если послушать, то ты стоишь как шлюха из элитного квартала.

Эльф вытащил нож из сапога и приставил его к горлу Левардье:

– Продолжайте, господин Альвур, или вы всё же пересмотрите своё отношение, пока я не прикончил его. Думаете, я не знаю, для чего он нужен вам живым?

– Даже не догадываюсь – буркнул Альвур.

– Он что– то знает, и его информация стоит дороже, чем обычная смерть.

– В выбивании денег тебе нет равных – в разговор вступил Скелдриг.

– Вот ваши деньги, уважаемый, – Теринс отсчитала нужную сумму, – берите и закройте наконец ваш рот, пока я не приказала спустить на вас псов.

Пока шла разборка, молодой маг снял доспехи с Левардье. Болт прошёл навылет, не задев артерию. Залечив внешние края раны и остановив кровь, довольный маг смотрел на свою работу, после чего влез в разговор:

– Приношу свои извинения за вмешательство, но этот человек сможет прийти в себя не раньше, чем к полудню завтрашнего дня. Повреждения почки я не могу устранить целиком, на это потребуется время.

Все четверо посмотрели на молодого хирурга:

– Ты можешь быть свободен, Бурт – Альвур благодарно кивнул головой.

– Мне тоже пора. Контракт выполнен, оплата получена, а значит я не имею права вас больше задерживать – процедил довольный Гласшарт.

– Ты не покинешь замок до тех пор, пока мы не допросим Левардье, а если ты слышал врача, то понимаешь, что это может произойти не раньше завтрашнего дня – рявкнул Скелдриг. – Можешь считать это вынужденным отпуском.

Альвур подошёл к солдату и принялся осматривать его доспехи и вещи:

– При нём нет бумаг, Скелдриг, он не полезнее навозной мухи в саду!

– Я думаю этот вопрос решаем, но лучше за него браться утром – Теринс посмотрела на мужа усталыми глазами, полными любви.

– Да, да, ты права. Нам всем пора разойтись. Стража! Отнесите раненого в казематы, эльфа поселите в гостевой комнате. Господин Скелдриг, я полагаю, вы сами найдёте дорогу до своих покоев?

– Не беспокойся, Альвур, я в состоянии дойти сам.

За несколько минут кабинет опустел. Альвур и его супруга Теринс отправились в свои покои. Гласшарт зашел в свою комнату и к счастью обнаружил бронзовую ванну, полную горячей воды. Недолго думая, он залез в неё. Раненая нога сильно беспокоила эльфа, но, сняв повязки, он убедился, что заражения нет. Отмывшись от грязи и крови, эльф выпил красного элейского вина и лёг на большую двуспальную кровать. Начинало светать, Гласшарт решил, что хорошо было бы выспаться перед завтрашним разговором. Скелдриг Гай с удивлением обнаружил у себя в кровати двух обнажённых девушек. Эти ученицы не стали виться вокруг инквизитора, а сразу же перешли от слов к действию. Инквизитор же, будучи молодым и весьма симпатичным мужчиной, не упустил возможность проводить с ними ночи в стенах Конклава. Остаток этой ночи не стал для него исключением. Стража отнесла Левардье в камеру подземелья и пристегнула солдата цепями за обе руки к стене. От ранений он не приходил в себя. Лежа в грязной одежде и крови прямо на каменном полу, мужчина дрожал и бредил после сильной травмы. В голове мелькали обрывки воспоминаний его жизни, не давая смерти взять своё и заставляя бороться дальше. Его охватил жар, и он открыл глаза. Увидев вокруг казематы, Левардье снова закрыл глаза и потерял сознание, которое тут же заполнили воспоминания.