Экс-любовники

— Какой он мягкий, — повизгиваю я, аккуратно придерживая тёплую тушку ладонями. — Прямо как брелок на ключи! И сердечко так колотится. Это потому, что он меня боится?

— У них у всех так колотится, — говорит Карим, с улыбкой наблюдая за мной. — Но боится, скорее всего, тоже.

Птенчика становится жалко, и под пристальным взглядом недовольной мамаши-курицы я выпускаю его к братьям и сёстрам.

— Значит, сюда ты заманивал ничего не подозревающих девочек, Исхаков? — Выпрямившись, я втыкаю кулаки в бока. — Колись, заглядывал им под юбки?

Вместо ответа Карим перехватывает моё запястье и тянет к себе. Я этого ждала, поэтому с готовностью обнимаю его шею.

— Фу-у! — шутливо морщу нос. — Ты мокрый и липкий!

— Главное, что не вонючий, — усмехается Карим, сплетая руки в замок на моей талии. — Ну и как тебе деревня, Вася?

— Классно, — совершенно искренне отвечаю я. — Я тоже когда-нибудь хочу завести цыплят.

— Хочешь свой дом?

Этот вопрос почему-то повергает в смущение, как и то, что Карим внимательно на меня смотрит. Поэтому я предпочитаю куснуть его за подбородок, чтобы перевести разговор в шутку.

— Ну а как знать. Всё может быть.

Из Мингера мы уезжаем с огромными пакетами пирогов. Эльсина пыталась отказаться, дескать, нам не надо, но я вовремя её ногой лягнула. Если ей не нужно — я заберу и Таню угощу. А то она скоро заблеет на своей тушёной капусте.

— Ты сначала меня закинешь или Василину? — спрашивает Эльсина, когда мы въезжаем в город.

Я отворачиваюсь к окну, делая вид, что увлечена разглядыванием пыльных дорожных ограждений и происходящее меня не касается. Но не дай бог, Карим скажет, что высадит меня первой — сядет на месячный секс-детокс.

— Тебя, — отвечает Карим и с усмешкой косится в мою сторону. — Мне минимум три ходки нужно будет сделать, чтобы Васины пироги поднять.

Я показываю ему язык и довольно ёрзаю в кресле. До утра понедельника, когда Карим снова превратится в строгого буку, остаётся ещё несколько часов, которые я собираюсь провести с пользой.

— Значит, домой меня везёшь? — невинно улыбаюсь я, когда Эльсина, махнув рукой, скрывается за подъездной дверью.

— Конечно, — ухмыляется Карим, трогая машину с места. — А то потом скажешь, что из-за меня на работу проспала.

В другой раз я, может быть, на него зарычала бы, но сейчас пребываю в слишком благостном настроении. Классные получились выходные. Тёплые такие, семейные. И всё потому, что Карим меня с собой позвал.

— Вези, конечно, Исхаков, — ласково пропеваю я и, свесившись через консоль, сжимаю ладонью его ширинку, которая моментально твердеет.

Карим опускает взгляд вниз и снова смотрит на меня. Зрачки расширены и потемнели.

Погладив пальцами джинсовую ткань, я подцепляю язычок молнии и тяну её вниз. Сегодня он заслужил мою благодарность.