Девочка-маскара

Два пшыка Дольче Роуз, и я была готова последовать за ними.

Энджелу вручали награду. Пафосно, эффектно и дорого, все как он любил. В фойе отеля, отделанного темным гранитом, стоял оркестр. Людей было очень много. Они неспешно прогуливались, выпивали, общались. Бар угощал сухим мартини, шампанским, ромом, всем чем душе угодно. Наверное, что-то подобное было на той вечеринке, где продали сестру. Только теперь публика была одета дороже.

– Мартини Фиеро со льдом и апельсином.

– Отличный выбор, секунду, – привлекательный бармен поставил бутылку на стойку, – выглядите потрясающе.

– Спасибо, хоть кто-то заметил.

– Вы тут одна?

– Я тоже заметил. Она не одна, мой любопытный друг. Сухой мартини, без льда. Две оливки.

– Ооо, мистер Бонд… Голодны?

Я повернулась на барном стуле. Энджел был в черном. Он медленно изучил мое платье.

– Умираю от голода, – отправил в рот оливку, оставив шпажку в зубах. Сейчас он выглядел как никогда сексуально.

Я залпом выпила коктейль и попросила повторить.

– Твой отель?

– Моего друга.

– Хорошо выглядишь.

Он взял мою руку и поцеловал.

– Я соскучился.

– Больничная койка не лучшее место для свиданий.

После случившегося проблемы с моими сосудами стало больше. Я и раньше была частой гостьей в больницах, а сейчас Энджел отправил меня в клинику своего друга на несколько недель! Глав врач там от бога, меня окружили первоклассным обслуживанием, лучшим лечением и такой охраной, что позавидовал бы сам президент.

– Глаз не оторвать, – емкий комплимент. Румянец обжог мои щеки. Я ненавидела это! Энджел слегка улыбнулся. – Неужели тень смущения скользнула по лицу несломимой девушки?

Я не ответила. К нам подошла Тася и Демид.

– Дорогая, взгляни на сестру. Сияет как бриллиант. Где же твоя улыбка?

– К сожалению, у меня хорошая память.

– Друг, налей этой милой девушке в белом чего-нибудь… – Энджел обратился к бармену. Тот кивнул.

– Не стоит. Не хочу. Ничего не лезет кроме воды.

– Сестренка, не самое подходящее время для диеты.

– Тома права, малыш, – Демид бережно коснулся лица Таси. Как же он любил ее. В каждом движении и слове он показывал ей свое отношение. Но она словно оцепенела, после случившегося. Передвигалась как мумия и почти не разговаривала ни с кем.

– Надеюсь когда-нибудь перестану подскакивать среди ночи от приснившихся выстрелов и криков.

Прошел почти месяц. Сестра провела в больнице неделю, я четыре. Она отказалась от реабилитации, что было очень глупо. А мне психолог действительно помогал. И алкоголь. И звонки Энджела, каждый день. Я просила не приходить. Даже сестру. Мне нужно было побыть с собой, и это сильно помогло. Теперь я должна была вернуть к жизни Таксу.

– Обещаю, что перестанешь, – я обняла сестру, впервые после случившегося. Ее тело было каменным, будто настороже.

– Ладно… постараюсь. Том… ты куда смотришь?

За спиной Энджела показалась она. Уверена, сестра говорила именно об этой мулатке. Хищной походкой она шла в нашу сторону. Изумрудное платье волочилось за ней шлейфом. Видны были и бедра, и декольте. Волосы гладко зачесаны на макушку, выразительные скулы делали ее образ еще более дерзким. Она остановилась за спиной Энджела и положила руку на его плечо. Он вздернул брови.