Девочка-маскара

– Тише… – он коснулся ладонью заледеневшей щеки, я отвернулась. Тогда он со всего маха сбил меня с ног. – Жила была маленькая глупая девочка. Однажды, она встретила прекрасного принца и влюбилась. А он оказался предателем. Соблазнял женщин и свозил их ко мне… – о чем он говорил?! Я не соображала. Схватилась за покрывало, потащила на себя. Все было словно в тумане. Закостеневшие пальцы намертво срослись в комканном куске ткани. – Действительно страшно станет потом, когда я продам тебя на человеческом рынке, – он сорвал тряпку, – Дай сюда! Энджел не продавал своих в Северный Кипр, жалел. Всегда был слабаком. Вы все шлюхи, грязные потаскухи, все как одна!

Он развернул меня к себе задом и уложил на кровать. Орал, чтобы не двигалась, а потом затащил выше и привязал руки так крепко, что я почувствовала хруст костей. Холода уже не было. Был страх, дикий, животный страх полной беспомощности!!! Больше всего на свете я боялась позора и боли, и сейчас мои два страха нависли надо мной отточенной косой. Как бы мне хотелось, чтобы эта коса сорвалась и одним ударом унесла мою жизнь подальше!!! От собственного плача и ударов я не слышала происходящего. Зажмурив глаза, молилась господу, чтобы он поскорее забрал меня. В комнате перемешались шум и разные голоса. Я не различала их. Сперва я подумала, что пришли его друзья. Наверное, Матвей и Артем так же были там. Потом дверь выбили, она с треском вылетела и приземлилась в углу комнаты. За спиной были крики и выстрелы. А потом я почувствовала, как на меня опустилось покрывало. Кто-то коснулся рукой головы. Стал развязывать руки. Я оглянулась и увидела Энджела. Он снял кофту и протянул мне.

Я хотела спросить, как он нашел нас, где Демид и неужели все кончено, но крик сестры оглушил.

– Держи. Ты поймешь в кого можно стрелять, – я дрожащими руками взяла протянутую мне пушку.

Он выставил пистолет перед собой, вторую руку завел назад, проверяя, чтобы я шла прямо за его спиной. Идти стоило тихо. Но дыхание подводило. От адского ледяного душа и истерики я никак не могла восстановить дыхание. Едва сдерживаясь, я постоянно вздыхала и всхлипывала. Мы вошли в большую комнату, по периметру которой стояли люди Шерхана. Он был в центре, держал за волосы Тому, которая сидела в его ногах. Сестра редко плакала, похоже, что за сегодняшнюю ночь она пролила все слезы, которые не выплакала к девятнадцати годам. Я просканировала комнату, Демида в ней не было.

– Твоя мать дурно воспитала тебя, Шерхан. Она не научила даже элементарному – не спеша начал Энджел. Я не представляла, как в такой ситуации можно было сохранять совершенное спокойствие. Но ему удавалось. – Например, что без приглашения приходить неприлично, или брать чужое грешно. В твоей религии воровство карается чем, напомни?

– Сказал сын шлюхи…

– Отрубают руку, – не обратив на него внимание, Энджел продолжил, – скажи сразу какую не жалко, я отрублю ее первой.

– Энджел, ты проиграл, – скрипучий голос Шерхана вселял в меня ужас. – Аллах всегда даровал мне все, что я у него просил, – он снова расхохотался, – как скоро ты понял кто я? Честное слово, Ангел, я думал ты гораздо умнее… Я не убил тебя пятнадцать лет назад, но всегда знал, это лишь вопрос времени. Как видишь, я все-таки получил свое. Не без помощи… – Шерхан посмотрел на Артема, – мне открыли коридор. Пришлось взять в долю, но оно того стоило. Ты даже не представляешь, как мелко плаваешь, Энджел. Ты глупец, и ты пожалеешь…