31 марта 1916 г.
Недовольство растет положительно всюду. В «победу» уже никто не верит и все спрашивают лишь одно: «Когда все это кончится?» Исчез совсем бесшабашный казарменный патриотизм. Его сменяет более вдумчивое отношение к событиям. В глубине народной массы происходит оценка всех этих лозунгов: борьба «за свободу», «с немецким засильем» для будущего «процветания России» и т. д. «Свобода» уже давно развенчана.
Еще только началась зима Питер начал уже испытывать недостатки во всем. Нет дров, нет масла, нет порой и хлеба. Так-то русское правительство при поддержке либералов «взяло измором немца».
Промышленники тоже недовольны… рабочими и охранкой. Им нужно «спокойствие», а рабочее выказывают недовольство 24 часа в сутки, или, как выражается Гучков, 360 дней в году. Конечно, для вразумления непокорных работает охранка, но последняя «мало активна». Ведь летняя стачка рабочих стоила им всего лишь 800 арестов! Теперь подняли вопрос о «прикреплении» рабочих к заводам и фабрикам. Предприниматели решили требовать от главного штаба, чтобы он взял обратно свой циркуляр о «свободном» переходе рабочих с одного предприятия на другое. И главный штаб уже начал «работу». Таким образом надеются «окрепостить» всех мобилизованных. Промышленники во имя «обороны» отменили все законы и эксплуатируют женщин и детей неограниченно, начиная с 12 лет…
Из казарм доносятся стоны и вести о протестах и стычках. Солдат содержат плохо, нет обуви, нет одежды, плохая пища. Обращение грубое, и за пустяковые проступки наказание одно — порка. Порют и «дают в зубы» всюду, в тылу и на фронте. В начале ноября в Петергофе подвергли телесному наказанию 170 солдат 1-го запасного батальона по приказу ротного командира Протопопова. Порка по 100 ударов широко практикуется там же в 3-м батальоне. В Петергофе во время смотра 3-го запасного батальона Каспийского пехотного полка батальонный командир потребовал «подставить маску» (выражение командира) 217 солдатам. То же происходит и в казармах Царского и Красного Села. Наблюдается переход от зуботычин к хлыстам, так как господа офицеры жалеют руки и стегают серую скотину нагайкой.
На позициях «милостивые» офицеры предлагают солдатам выбирать наказание — расстрел или порку. И это за пустяки — за неотдание чести, отлучку, незнание словесности. Но зато и солдаты не остаются в долгу: вместо роты в атаку бросается половина, а полроты остается в окопах. В связи с повторением таких случаев на Северном фронте издан приказ, чтобы офицеры не бросались первыми в атаку, а сначала слали перед собой солдат. И действительно, приходится слать «пушечное мясо» в атаку шашками и палками. К шашкам прибегают профессионалы-офицеры, а к палкам и плеткам — прапорщики. Дело здесь не обходится без «снятия» таких ретивых погонщиков.
Партия большевиков в годы мировой империалистической войны. Вторая революция в России (1914 г. — февраль 1917 г.). Документы и материалы. М., 1963,{5} с. 244-245.
№ 20. Из обвинительного акта по делу военной организации большевиков в Балтийском флоте в 1915-1916 гг.
22 сентября 1916 г.
С осени 1915 года в кронштадтское жандармское управление стали поступать негласные сведения, что среди судовых команд Балтийского флота заметно усилилась деятельность революционных организаций социал-демократического направления, стремящихся насадить во флоте наибольшее число своих сторонников, которые должны были подготовить судовые команды к выступлениям с различного рода требованиями ко времени окончания войны.
Указанная деятельность, как показывали события, сильно влияла на настроение команд, и дело в конце концов вылилось в крупные беспорядки 19 октября 1915 года на линейном корабле «Гангут», участники которых, в числе 26 нижних чинов, по приговору военно-морского суда от 17 декабря того же года и понесли наказание.
Подобные же беспорядки возникли в то же время и на крейсере «Рюрик».
Наличие такой пропаганды подтверждалось участившимися и на других судах беспорядками на почве недовольства со стороны команды пищей и офицерами с немецкими фамилиями.
Параллельно с этими данными петроградское охранное отделение также получило сведения о возникновении военной организации Российской социал-демократической рабочей партии среди судовых и береговых команд Балтийского флота.
