Монохроматический свет

Отряд ненадолго затих, обдумывая план.

– Решено. – Сказал Карзах. – Сейчас ужинаем и пережидаем ночь здесь. Утром мы отправимся в ОПНО за продовольствием, а оттуда двинем в Богатый район.

Подумав еще немного, все единогласно согласились.

На этот раз Кольдра разогревала ужин на сковородке. Дети сидели за столом вместе со всеми, ожидая шипящего мяса. Карзах сидел с хмурым лицом, обдумывая дальнейшие действия. Несгерт пытался выведать у Рэйнера, почему тот так безразличен к ужину, а Римгрий бегал по комнате, пытаясь найти кого-нибудь, чтобы пожаловаться на боль в руках из-за тяжелой канистры, которую он тащил. Айка сидела рядом со Скелькой, и они о чем-то тихо разговаривали. Когда ужин был готов, воду разлили по железным кружкам, и все сели за стол, обсуждая прошлое и будущее.

– И все же. – Начала разговор Айка. – Почему ты от любого шороха обсыкаешься, Римгрий?

– Для меня это очень грустная история. – С виноватой улыбкой сказал красарк. – Но так и быть. В моей памяти сильно отпечатался момент из детства. Я не помню, сколько мне было лет, но я был очень мал. Я лежал в кровати и старался уснуть, меня часто мучила бессонница. В какой-то момент в мою комнату забежали родители, и отец поднял меня на руки. В доме воняло чем-то жженым. Оказалось, что начался «Очистительный пятый день». Наш дом подожгли люди, и нашей семье пришлось бежать через задний вход. Повезло, что многие люди были пьяными и нас не заметили. Мы бежали переулками и дворами, стараясь найти убежище. Тогда мы встретили других спасающихся данкликергов, и присоединились к ним. Можно сказать, что в тот день все остатки данкликергов, проживавших в различных районах Старгрома, окончательно переселились в Мертвый район.

Компания замолчала, размышляя над историей Римгрия.

– Когда уже это прекратится. – Сказал Несгерт. – Что за безумие с этими «Очистительными пятыми днями»? Как они вообще могут существовать?

– Нет данкликергов – нет проблем. – Сказал Рэйнер. – Министерствам выгодно отвлекать людей на что-то другое. Мы живем в жопе, но по-прежнему мусолим у себя в голове надуманные проблемы.

– Хуже то, что из-за этих распрей с обеих сторон поднимаются нацисты. – Сказал Карзах. – В Старгроме я впервые узнал про «Людскую армию», но еще раньше я слышал о «Бесшерстном воинстве» и «Дневных резчиках». А с другой стороны собрались такие же дебилы вроде «Хищников с Рогатого Волка» или «Хвостатых теневиков».

– Такие банды обычно скьяльбрисы организовывают. – Заметил Рэйнер.

– Я слышал и о, мать их, красарках, и о родтайках, и даже о долбаных гральндгринах.

– О гральндгринах много, кто слышал. – Негромко сказала Скелька. – Реинхилд Рожденная в Осенней Выси устроила бойню в ущелье перед Пылелицым, по масштабам сравнимую с резней у Врат Иштрангера.

Айка не разбиралась во всех этих группировках. Она знала только политизированную историю, которую ей преподавала в школе учительница Тамгрида Вельбрия. С ее уроков она только хорошо запомнила концепцию, которую постоянно вдалбливали детям. Концепцию, которая являлась одной из основ политики Дользандрии. Она заключалась в том, что в других странах мир официально называли Торгензардом. И лишь режим Великого и Всемудрого Лидера установил в своей стране другое наименование: Новая Дользандрия. По мнению безумного Лидера, настанет день, когда весь мир падет перед ним, и Старая Дользандрия сбросит свою чешую, став Новой Дользандрией. Такие безумные настроения царили в тоталитарном обществе этой страны.