(Не) его трофей

— Че высунулся? — хмурится Олег, видя, что я смотрю вниз, опершись предплечьями на перила.

Мы стоим на больничном балконе. Олег привалился спиной к стене, образовавшей небольшую нишу сбоку от входа.

— Тебя так даже самый жопорукий снайпер снимет, — поясняет в ответ на мой непонимающий взгляд.

— Какие снайперы, Олег? Не те времена, да и кому я надо?

— Времена, Яр, не меняются, как и методы. Мне ли тебе рассказывать…

— В смысле?

— В смысле, телка в твоей койке и клофелин в бухле.

— Зависть херовая вещь, — бросаю как можно небрежнее и пожимаю плечами. То, как начинает колбасить от гнева, стараюсь игнорировать.

— Угу, особенно если есть кому ее умело направить, — прищурившись смотрит на меня, наблюдая за реакцией. — Делать с этим че-то думаешь?

— Да тупо казнить лейтенанта вместо генерала.

— Ну, предательство-то на лейтенанте, — хмыкает Олег. — Хотя, по правде, уважаю, что смог. Как понимаю, ради Кати.

Киваю.

Сунув руку в карман, он достает пачку сигарет.

— Вы б не курили, Олег.

— Давай еще ты туда же, — беззлобно бурчит в ответ. — Я пятнадцать дней не курил. Имею право.

Сует сигарету в рот и щелкает зажигалкой. Она платиновая в виде щерящейся клыками волчьей пасти. Память о прошлом. Том, в котором он не белый бизнесмен Олег Брик.

— Катя почувствует запах, расстроится.

Огонек замирает перед сигаретой. Помедлив, Олег резким движением выбрасывает ее через балкон, а зажигалку сует в карман. Вроде не морщится даже, не дергается от боли. Да и вообще он в принципе уже совсем прежний. Не скажешь с виду, что пару недель назад перенес инфаркт и операцию на сердце. Так, может не выспался или неделя тяжелой выдалась. Не сдал совсем несмотря ни на что.