Спаси нашего сына

— Уедем вместе, — говорит Арслан Баринову, — так будет безопаснее. Через полчаса стартую.

Егор кивает, соглашаясь, но я вижу, что и он не рад, что наша встреча выходит совсем короткой. Но возражать нет смысла — лучше так, чем ничего.

— Заходите в дом, там у Евы своя комната, — добавляет Арслан и усмехается по-мужски, но Егор шутку не воспринимает:

— Разберемся, — и притягивает меня к себе.

Мы обходим дом, я тяну Егора к лавке, которая спрятана от глаз. Вокруг цветут кустарники, пахнет землей и цветами. Мы садимся, обнимаясь, и я кладу голову ему на плечо. Как хорошо, господи, как хорошо! Даже слов не надо, достаточно чувствовать друг друга.

— Я рад, что твоя тетя жива, — Егор целует меня в висок, — скоро все закончится и я заберу тебя к себе. Квартира пока опечатана, непонятно, как долго будет идти следствие.

— Ты знаешь подробности?

— Не особо, — он качает головой, — только то, что после новостей твою тетку оставили на лавке в парке. Она мало что помнит, похоже, ей подсыпали какие-то лекарства, но жизни ничего не грозит, — замечая мои округлившиеся глаза, добавляет Егор, — ей придется какое-то время пробыть в больнице, но там она под присмотром.

Я киваю, переживая за тетю Милу. Как же ей досталось, бедняжке! Какие они сволочи, эти люди, пичкали бедную женщину лекарствами, а потом выкинули, как котенка, на лавку.

— Главное, что жива, — добавляю я в конце своих мыслей.

— Да, — Егор притягивает меня к себе теснее, опускает ладонь на живот, и сын сразу же отвечает легким пинком, — привет, пацан, и тебе пять.