Тяжело в учении, легко в бою
- Автор: Лифановский Дмитрий
- Серия: Проект "Ковчег" #3
- Язык: русский
- Жанр: Героическая фантастика
Электронная книга - «Тяжело в учении, легко в бою». Краткое содержание книги:
— Настьк, ты чего? — с беспокойством свесилась с верхней полки Ленка Волкова.
— Ничего…
— От ничего не плачут.
— А я и не плачу! — ну вот что она пристала?! К ней вон Литвинов каждые полчаса заглядывает. Леночка то, Леночка се. Фи! А еще и комсорг с командиром отряда самообороны! От обиды в голову лезли мысли не достойные хорошей подруги и комсомолки, но ничего поделать с этим она не могла. Отчего становилось еще хуже. Волкова ловко спрыгнула сверху и села рядом с Настей.
— Подруга, ты чего? — обняла она Настю за плечи и, бросив взгляд в окно, тоже увидела Стаина, — Из-за Сашки что ли?
— Нет! Нужен он мне! — излишне резко ответила девушка.
— Ой, дура!!! — протянула Ленка.
— Сама дура! К тебе вон Колька каждую минутку бегает…
— Кольке делать нечего! Как и всем нам!
Дверь в купе открылась и зашли Шадрина с Весельской.
— Что у вас тут происходит? — строго спросила Ида, заметив слезы у Насти и сердитое лицо Ленки.
— Да вот, Анастасия убивается, что Сашка не зашел.
— Сашка в школе остался, а тут лейтенант государственной безопасности Стаин, Вам ясно товарищ курсант?! — в отсутствие Никифорова, едущего со вторым эшелоном, Весельская оказалось старшей среди экипажей вертолетов.
— Ясно, товарищ сержант государственной безопасности! — вытянулась Волкова, недовольно стрельнув глазами из-под челки.
— И глазками мне тут не стреляй! А ты не реви! С чего ты решила, что товарищ лейтенант государственной безопасности первым делом к тебе помчится?! У него забот других нет?! Настя, всхлипнув, пожала плечами. — У него эшелон пришел! Организовать разгрузку техники, людей принять, разместить! А он побежит к Насте Федоренко обниматься! Ну а почему нет-то?! А мы подождем. Война подождет. Командование. Товарищ нарком тоже подождет, — голос Иды сочился ядом. — Смотрю, вы тут от безделья совсем с ума сходить начали! Но я это быстро исправлю! Литвинов! — рявкнула она в коридор. Из соседнего купе тут же выскочил встрепанный Колька.
— А?!
— Еще один, — скривилась Ида, — как надо отвечать?!
— Товарищ сержант государственной безопасности, курсант Литвинов по Вашему приказанию прибыл.
— Значит так, берешь Бунина, эти двух раскрасавиц, получаете у дежурного по вагону ведра, тряпки и чтоб вагон блестел, как… — Ида замялась, — в общем, чтоб идеальная чистота была. Я проверю. А пока курсанты Федоренко, Волкова и Бунин будут заниматься общественно полезным трудом, Вы, товарищ Литвинов громко, внятно и с выражением, будете читать своим товарищам замечательную книжку «Устав внутренней службы». На отповедь Весельской из соседних купе стали выглядывать штабные. Ида не обращала на них внимания, ей они не подчинялись, пусть с этими бездельниками товарищ Коротков разбирается.
— Ну, товарищ сержант государственной безопасности, можно я тоже убирать буду? — попытался отбиться от декламации Устава Колька.
— Я что-то не ясно приказала?!
Колька вытянулся:
— Есть получить у дежурного по вагону ведра и тряпки и курсантам Бунину, Федоренко и Волковой приступить к уборке, а мне читать Устав внутренней службы!
— Громко, внятно и с выражением!
— Есть громко, внятно и с выражением читать Устав внутренней службы!
— Приступайте!
Литвинов скрылся у себя в купе. А Настя с Ленкой мухой выскочили из своего, прикрыв за собой дверь. Лида осуждающе посмотрела на Весельскую:
— Зачем ты так? Она же переживает!
— Она не переживает, — жестко осадила подругу Ида, — она треплет нервы себе и окружающим.
— А остальные причем тогда?
— А остальные за компанию, — криво усмехнулась Ида. — Ты что не понимаешь ничего? Они же боятся! И стараются не показать свой страх. Бунин в книгу уткнулся, а глаза на одном месте стоят, Колька к Ленке своей бегает постоянно, Волкова в себя ушла, а Настя, это Настя, она, как книга открытая. Ей и Стаин нужен был сейчас, чтобы от страха своего спрятаться у него за спиной. Он для них всех пример и спасение. Только не понимают они, что Саше, — Ида запнулась и поправилась, — товарищу лейтенанту госбезопасности самому поддержка нужна. А ребят я просто отвлекла. Раньше надо было. Не догадалась.
— А ты? — тихо спросила Лида.
— Что я?
— А ты не боишься? — Шадриной самой было очень страшно. И чем ближе подъезжали они к фронту, тем сильнее внутри сжималась невидимая пружина этого страха. И ей тоже очень хотелось, чтобы Петя сейчас был рядом. Обнял, закрыл своими сильными руками от страха и неуверенности. Все чаще и чаще ей вспоминалась бомбежка в Тамбове и мальчишка с развороченным животом и стеклянными глазами, невидяще смотрящими в дымное небо. Стоны, крики и запах. Запах смерти — крови, человеческих внутренностей и взрывчатки. А еще холмик земли рядом с рельсами — все что осталось от незнакомой девочки-зенитчицы, когда разбомбили их эшелон. И Лидочке казалось, что стоит ей попасть на фронт и ее тоже убьют, и останется от нее такой же холмик и деревянная табличка с фамилией написанной химическим карандашом.