Тяжело в учении, легко в бою
- Автор: Лифановский Дмитрий
- Серия: Проект "Ковчег" #3
- Язык: русский
- Жанр: Героическая фантастика
Электронная книга - «Тяжело в учении, легко в бою». Краткое содержание книги:
— Это он сам сказал?
— Я с Халхин-Гола воюю. Мне такие вещи говорить не надо, их и так видно, — Тихонов видимо почувствовав предвзятое отношение со стороны батальонного комиссара к Сашке осуждающе на нее посмотрел. — У нас командир такой же ходил, когда потери были в группе. А Саша, он молчун. Мы с ним вместе многое прошли, а о том кто он, только из газеты узнали.
— И кто же?
— Вы у него сами спросите. Или в газете прочитайте. Иса, — обернулся Алексей к старшине, — у тебя газета про Саню осталась?
— Да, там же и про нас тоже.
— Дашь товарищам командирам почитать?
— Дам. С возвратом только.
— Конечно, с возвратом, — согласилась Рачкевич.
Тут как раз появился Сашка и все стали рассаживаться за стол. Засиживаться не стали. Возможно, если б не было Евдокий посидели бы и подольше. Хотя тоже вряд ли. Слишком много дел было у всех.
А потом пошли с Рачкевич осматривать помещения для личного состава: казармы, столовую, места общего пользования, баню, прачечную и прочие постройки, вплоть до помещений под технические мастерские. Евдокия Яковлевна оказалась женщиной требовательной и дотошной. Загоняла она всех. Больше всего, конечно, досталось саперному лейтенанту, который с видом христианского великомученика приговоренного к жертвоприношению злобными язычниками выслушивал требования и замечания батальонного комиссара. А потом, когда Стаин, Бершанская и Рачкевич остались одни, Сашка с Евдокией услышали о себе много интересного, сказанного в образных ярких выражениях, в коих товарищ комиссар не стеснялась, невзирая на должности. И это было обидно! Обидно не из-за слов Евдокии Яковлевны, а из-за того, что она была права. И все то, за что она гоняла саперов, должен был заметить и приказать исправить он. А он вместо того, чтобы нормально выполнять свои командирские обязанности, полез на склад, любоваться присланными ему богатствами. И спасибо товарищу батальонному комиссару за тот урок, что она сейчас ему давала, он обязательно примет его к сведению.
На следующий день, рано утром Бершанская с Рачкевич на полуторке уехали в Волхов. Вернулись уже вместе с эшелоном. Аэродром стал оживать. Появилась техника полка — грузовички и трактора. Суетливо бегали молоденькие девчонки из технического состава полка, командовала которыми суровая старший лейтенант Озеркова[iv]. Видно было, что подчиненные боятся ее как огня, ну а она, не разочаровывала техников в своей требовательности, беспощадно гоняя девушек.
Сашка не вмешивался в дела ночников. У него и своих забот хватало. Снабжение продовольствием, материально-техническое обеспечение, карты полетных районов. Бумаги, бумаги, бумаги!!! Дважды за день он мотался в Волхов. Ругался по телефону с штабом фронта, пытаясь разобраться со снабженцами. А те перепихивали его из фронта в армию и обратно. В конце концов ему это надоело и он позвонил напрямую Журавлеву. И все вопросы сразу решились. Интенданты стали вежливы, а заявки обрабатывались со скоростью компьютеров из будущего. На железной дороге выяснил, когда прибывает литерный эшелон с его подразделением. Железнодорожники заверили, что состав прибудет точно по расписанию через два дня. Отлично! Значит, скоро вся авиагруппа будет в сборе и можно приступать к учениям. Правда, надо будет еще подготовить вертолеты к полетам, но это не долго, за день должны справиться, тем более Миль выделил для этого дела лучшую бригаду во главе с Вась Васем. Не поскупился Михаил Леонтьевич на людей. Не смотря на то, что инженерно-технического состава на заводе не хватало, отдал Сашке лучших.
А на следующий день начали прибывать самолеты полка. Волнами по три машины они появлялись из-за елей и аккуратно садились на утрамбованную тракторами полосу, разъезжаясь потом по стоянкам, указываемым техниками. Бершанская с Рачкевич с волнением и гордостью смотрели на садящиеся самолеты. Губы Евдокии едва слышно шептали:
— Сорок два, сорок три, сорок четыре, сорок пять… Все! — и она не сдержав порыва, повернулась к Евдокии Яковлевне и сгробастала ее в объятья, а потом точно так же обняла стоящего тут же Сашку. От одного из самолетов отделилась фигурка и приблизилась к ним. Красивая женщина с открытым и веселым лицом еще издалека крикнула: