Электронная книга - «Подкидыш для Лютого». Краткое содержание книги:
Зубы выбивали дробь. Безмолвные рыдания сотрясали тело. Стоять не было сил. Она присела на корточки, спрятавшись в тени огромного дуба. Мысли путались, неслись табуном, обгоняя одна другую.
Сердце разрывалось от боли. Хотелось в голос кричать. Выть на луну, призывая небесные силы на помощь Аннушке.
На какое-то мгновение сознание покинуло ее. Когда несчастная очнулась, она успела заметить, как мужская фигура наклонилась над ее девочкой. Мужчина взял сверток, из которого доносился плач ребенка, и исчез за дверью.
— В этот раз я позвоню ей, не беспокойся. Так поехали?
За ужином я старался разговорить ее. Но она никак не могла справиться со смущением. Рядом не было Инны Романовны и Кирилла.
— Маша, я вот все собираюсь спросить у тебя. Как удалось тебе так быстро освоить делопроизводство, компьютер. Может быть, это часть твоей прошлой жизни?
— Не знаю. Как-то все само собой получилось. Только вошла в офис, словно домой вернулась. А по клавиатуре пальцы сами забегали. Я сама была просто в шоке. — Рассказывая это, Маша раскраснелась. Похорошела. И смотрела куда-то вдаль. Казалось, она была где-то далеко.
— Маша, — я осторожно взял ее за руку, — она вздрогнула. — Машенька, ты что-то вспомнила?
— Нет. Но я вдруг увидела себя в другом кабинете.
Я обошел вокруг стола. Обнял ее за плечи и радостно стал расспрашивать:
— Так ведь ты вспоминать начинаешь! Это же здорово. Ты узнала это место? Мы ведь сможем узнать, откуда ты, кто ты. Понимаешь?
— Понимаю, Антон Борисович, только это промелькнуло так быстро. Это просто вспышка.
— Но если так пойдет дальше, то ты постепенно все вспомнишь!
— Правда? Вы так думаете?
— Я уверен, моя хорошая. Завтра же поедем к Максиму. Надо посоветоваться с ним.
Маша смотрела на меня с нескрываемой надеждой. А я не сумел обуздать свое желание наконец-то прикоснуться губами хотя бы к ее щеке.
Дурак! Я испугал ее. Но этот миг был настолько волнительным. И она была настолько милой, что я посчитал бы себя еще большим дураком, если бы не сделал этого. Ведь только об этом и мечтал последние дни.
— Прости, — только и смог сказать я в свое оправдание.
А Маша смотрела на меня во все глаза, и в них, как мне показалось, не было осуждения. Она еле слышно произнесла:
— Вы так много делаете для меня, — в ее словах кроме благодарности мне послышались и другие нотки.
Но слух резало постоянное выканье. Оно отрезвляло. Получалось, она приняла этот поцелуй холодно, считая своим долгом не отталкивать меня.
— Маша, мы не на работе. И нам было бы проще и приятнее общаться, перейдя на «ты».
— Как-то неловко.
— Сейчас уберем неловкость. Немного красного вина в таких случаях значительно облегчает общение. Не отказывайтесь.
Маша кивнула и слегка отпила из бокала. При этом щеки ее зарделись то ли от все возрастающего смущения, то ли от нескольких глотков вина. А я не мог оторвать от нее глаз. Она была настолько восхитительна в своей простоте и отсутствии желания произвести на меня впечатление. Но именно это меня и заводило.
Она была совершенно не похожа на девиц, пытающихся во что бы то ни стало завоевать мужчину, сразить его своими чарами. А меня обуревало желание оградить ее всех бед, обнять, защищая, и не отпускать даже на миг. Однако перейти черту дозволенного я не посмел даже в машине, когда чувствовал ее близкое дыхание и случайное прикосновение плечом или локтем во время поездки.
Я ругал себя на чем свет стоит за свою порядочность.
И тут же оправдывался перед собой же: боюсь отпугнуть.
На самом же деле я, любуясь ею, терялся перед ней и, как мальчишка, робел.
Антон остановил машину, не доезжая метров 500 до дома Марии Ивановны.
— Может, пройдемся? — предложил он Маше. Она согласно кивнула, хотя удивилась. А в сердце что-то екнуло. Лютаев чуть ли не бегом обогнул машину и, открыв дверцу, предложил руку Маше, чем привел девушку в замешательство.
Да, это был галантный жест. Но только ли галантность руководила им? Хитрец! Ему ведь так хотелось хотя бы на миг коснуться Машиной руки. Такой нежной и теплой. Он хотел еще раз испытать волшебное прикосновение к ее атласной коже, напоминающей шелковистость крылышек бабочки.
Опираясь на его руку, девушка поспешно ступила на асфальт. Но тут же, охнув, оказалась в объятиях крепких рук Лютаева. Случайно подвернув ногу, она бы непременно потеряла равновесие и наверняка могла упасть.
Опять случайность? Преднамеренный маневр? Вряд ли. Эти двое притягивались магнитом друг к другу. Но, исполненные взаимной сдержанности, боялись сделать что-нибудь не так. Да, господин случай и сейчас внес свои коррективы в происходящее.
Антон, подхватив Машу, нежно, но крепко прижал девушку к себе. Первый порыв — упереться ладошками в его грудь, оттолкнуть. Но где взять силы, чтобы преодолеть томление, вдруг расплескавшееся по всему телу? Как противостоять желанию застыть, прильнув к нему?
А его терпкие губы уже касаются мочки уха. Уже щекочут кожу шеи. И, наконец, оказавшись у трепетных губ, нежно, но настойчиво припадают к ним.
И все.