Последняя из страны Лета (СИ)

Ракх недолго терпел лютую боль, смял пламя, поднялся. Возвёл кругом себя преграды и пошёл прочь от полыхающих трупов. Потом вдруг резко развернулся, и воротился к брату, что лежал лицом к небу…

Он похоронил его. Пронёс сквозь пожар к дереву у озера и там закопал. Я знала точно, что вижу истинное прошлое, и задыхалась от ярости, горечи и боли. Не все из тех, что идут на войну, звери. Ракх выполнил приказ, он зачистил поместье. Но и против себя молодой маг не пошёл, уважил мечущееся сердце. Было видно по нему — не хотел убивать. Изо всех сил старался показать свою холодность, гордым себя мнил.

Я резко выпала из воспоминания как раз на том моменте, когда маг, оставив поместье, осматривал свою обгоревшую плоть.

— Нуала, — позвал голос из тьмы.

— Да, Ракх.

— Я в тот день не только ваших лошадей сжёг заживо. Я многих зверей погубил… И сам умер. Меня и сейчас нет, но я всё-таки человек. А у каждого человеческого существа есть жажда, цель. И мне мою, не избавившись от проклятия, не исполнить.

— Я должен был. Я не мог… оставить.

— Твои сожаления напрасны. Мёртвых не вернуть, — произнесла я трудно.

— Но я всё равно прошу у тебя прощения. Прости за всё, Нуала из рода Нукк. Я погубил твою родину, твоих светлых друзей, твой дом под солнцем. Я знаю, мне нет оправдания. Война не может быть оправдана ничем. Коли бы мы добро своё и семьи защищали… Но всё одно — власть, самость, лицемерие. Если хоть чуть облегчишь мой груз, и за это спасибо скажу. Знаю, подобное отпустить невозможно.

Я прикусила губы: по лицу текло.

— Но ты же мог уйти. Мог всё оставить! Разве это предательство, когда доброту чтишь? Разве смерть по приказу предпочтительнее жизни без тяжкого бремени вины? Ответь, Ракх, почему ты не ушёл?

— Сберег? — прошептала я.

— Нет, — едва выговорил он.

Я всхлипнула, и, уже не таясь, зарыдала.

— Нет там ответов, — сказал Йан. — Ни для одного из вас. Всё впереди теперь, на востоке, где солнце рождается.

Ракх больше молчал. Я видела, что он постоянно о чём-то важном размышляет, и не хотела мужчину отвлекать. Тем более что мне хватало забот в пути. Несмотря на то, что я с малышками ехала в удобной повозке, Лива, что была вообще-то спокойней сестры, стала много плакать.

— Вот уж точно в меня, — сказал Ульф на первой стоянке. — Я чужие дороги не люблю, дома намного лучше.

— Ага, — хитро усмехнулся Йан. — А Диночка молчит.

Правда, совсем скоро малышки привыкли, и стали любопытны и деятельны. В повозке и на стоянках не больно-то подвигаешься, но супруги стелили им свои меховые плащи, обкладывали по краю вещами — и получался уютный загончик, где вскоре дочки научились перевёртываться, раскачиваться на четвереньках, и потихоньку начали ползать.

У меня было, несмотря на постоянную поддержку мужей, много забот. Одни только пелёнки чего стоили! Правда, мы научились распознавать, когда дочкам нужно по делам, и по очереди высаживали их. Пришлось вспомнить навыки шитья: Ульф и Йан не привезли детских вещей. Получалось у меня, по правде говоря, неважно, просто потому, что нужно было многое, а шить быстро я не умела.

— Только представь, что мы испытали, когда вошли в дом! — говорил младший, идя рядом с повозкой. — Нас сначала магия не пускала, но уж когда твои крики услышали…

— Думали, маг тебя там истязает. Йан его, как ворвался, чуть о стену не размазал, — сказал Ульф с усмешкой. — Подлетел, схватил за шиворот, а тот оглянулся — глаза бешеные, губы дрожат! Тут-то мы и догадались.

— Первый раз в жизни я был близок к тому, чтобы потерять сознание, — смущённо признался Йан. — Ракх вцепился в меня и к тебе толкнул. Причём назвал по имени, умолять начал! Сразу понятно стало, что он никакой не злодей.

— Мы на несколько мгновений растерялись, тем более что ты смотрела сквозь нас, — сказал Ульф. — Словно нас вообще рядом не было, как будто мы — пустота. Я, если честно, тоже был ошарашен. Настолько, что даже не сразу сообразил, что малыш вот-вот на свет появится.

— Но откуда ты знал?.. Как вы так быстро сориентировались? И что детей двое… И те прикосновения, о которых вы у Лэйт узнали…

— Это она настояла, — сказал Йан. — Сказала, что в будущем пригодится в любом случае. Никто и подумать не мог, что ты беременна! Поверь, мы уверенными только казались. Всё как-то само получилось.

— Нам повезло, — кивнул Ульф. — Обе малышки шли головками вперёд, к тому же они были некрупные.

— И ты хорошо старалась, себя не щадила.

— Я орала, — напомнила я смущённо.

Дорога была долгой, и мы с Ракхом притёрлись друг к другу. По правде, я вовсе не хотела отпускать его, и всё советовалась с мужьями — не пригласить ли на Зальмит?

— Знаю, у нас был печальный опыт с Гурфиком… Но Ракх не такой. Я чувствую, что ему сейчас нужна поддержка.

— Позвать-то можно, — сказал Ульф.

— Вот только не поедет он с нами, берёзка, — невесело улыбнулся Йан. — Чую, скоро расстанемся — у него свой путь, особый.

Младший оказался прав. Как бы мне ни хотелось позаботиться о Ракхе, он не был ни моим братом, ни другом. Точнее, не хотел им становиться. Рано или поздно нам бы пришлось попрощаться, и я старалась как можно больше с магом говорить, радовать его, чем придётся, и убеждать, что он оставил прошлое во тьме, и что будущее мы творим сами.