Тамбера

— Я не просто поболтать зашел, у меня к Имбате дело, — ответил Гапипо.

— Что-нибудь важное?

— Да.

— Ну, коли так, пойду разбужу.

Вубани вышла, а Гапипо сел на циновку в ожидании хозяина дома. Через несколько минут появился Имбата, лицо у него было заспанное, помятое.

— Что случилось, Гапипо? — спросил он.

— Я сейчас заходил к ван Спойлту поговорить о делах. А мне сказали, что его нет, он уехал в Грисе.

— Куда? В Грисе? — удивился Имбата.

— Значит, и ты об этом ничего не знаешь?

— С кем он туда отправился?

— Говорят, опять взял с собой племянницу.

— Не может быть! Когда же они отплыли?

— Вчера вечером.

— Странно!

— Я так и подумал, что он и тебе ничего не сказал об отъезде. А он должен был это сделать. Ведь ты — староста кампунга.

— Конечно. Он живет в нашем кампунге. Но, клянусь предками, я от тебя первого слышу, что голландец уехал в Грисе.

— Я пришел к тебе, Имбата, поговорить обо всем, что у нас происходит. Ты пойми меня, если я и решился вмешаться в твои дела, то только потому, что считаю себя твоим должником: ты ведь мне очень помог своими мудрыми советами. Да, времена изменились. Два-три года назад все у нас тут было по-другому.

— Это верно, — согласился Имбата.

— Раньше старосте кампунга было куда легче, — продолжал Гапипо, — а теперь сколько обязанностей лежит на твоих плечах! Верно я говорю? Тут, уж конечно, без помощников не обойтись.

— Верно, Гапипо, верно. Сейчас старосту кампунга ни во что не ставят. Каждый мальчишка считает себя умнее. Я уж это давно чувствую. Видно, не нужен стал нашим людям староста, отжил свой век!

— Вот я и пришел кое-что с тобой обсудить. Ум хорошо, а два лучше. Знаешь, Имбата, ван Спойлт не случайно уехал тайком, да, именно тайком, иначе не скажешь. Я боюсь, что это принесет нам немало хлопот и неприятностей. Ведь он, наверное, поехал за помощью; дела-то с крепостью пошли туго. Уж верно, он что-то придумал.

— Посмотрим, Гапипо, какие подарки он привезет нам из Грисе на этот раз.

— И помяни мое слово, Имбата, его отъезд только на руку Кависте. Вот кто теперь развернется вовсю. Такой огонь раздует, что и пожару вспыхнуть недолго. Как ты думаешь?

— Пожалуй.

И все это тебе одному расхлебывать! Ну ничего, у тебя есть друзья. Они всегда готовы помочь тебе, и самый верный твой друг — я. Если будут какие трудности, не стесняйся, иди сразу ко мне.

— Спасибо, Гапипо, — помолчав, проговорил Имбата. — А что ты сейчас можешь мне посоветовать? Я ведь как между двух огней.

— По-моему, прежде всего ты должен немедленно объявить, что недоволен тайным отъездом ван Спойлта, который не имел права так поступать.

— Ну а потом?

— Потом предупреди Кависту, чтобы прекратил возмущать людей против голландцев.

— Поверь мне, Гапипо, толку от этого не будет. Кависта не послушает меня.

— Знаешь что, с Кавистой я, пожалуй, сам поговорю.

— Вот это было бы хорошо!

Во дворе показался Тамбера. Когда он подошел к лестнице, ведущей в дом, Имбата прервал беседу с гостем и окликнул его: