Возвышение Королевы [ЛП]

— Ты только что сказала, что встретишься с Итаном за моей гребаной спиной? И это все?

— Ну, если ты не позволишь мне...

— Это вопрос с ответом да или нет, — прерывает он меня.

— Я не сделаю этого, — шепчу я.

Хотя мне нравится бросать вызов Джонатану, разбудить его уродливую сторону это совсем другое дело.

Он странно относится ко всему, что касается Итана, и я чертовски не хочу оказаться в центре этого.

— Что ты не сделаешь? — он крепче сжимает мое горло, и на этот раз возбуждение разливается по моей коже.

За те дни, что мы провели на этом острове, я привыкла к его прикосновениям больше, чем когда-либо прежде. Возможно, это связано с различными игрушками, которые он постоянно засовывает мне в задницу. Когда он трахает меня с одной из них внутри, мне кажется, что оргазм настигает меня в дюжине разных мест одновременно.

Но в глубине души я знаю, что это не только из-за игрушек, наказаний или экзотических поз. Это из-за него — Джонатана. То, как он слушает меня, то, как он продолжает говорить мне, что прошлое — не моя вина. Я никогда не знала, что мне нужно услышать от него эти слова, пока он их не произнес.

Когда мы гуляем или отдыхаем на пляже, мы говорим обо всем. О наших жизнях, наших видениях и наших целях. Для Джонатана это стремление к власти. Для меня проявление моей творческой жилки. Способность каким-то образом уловить неуловимое время через дизайн. Он поднял бровь, когда я сказала ему, что это часть причины, по которой я выбрала часы. Возможно, все началось с подарка, который принесла мне Алисия, но именно увлечение понятием времени стало моей движущей силой.

Когда я была маленькой, я воспринимала время как должное. Но после того как моя жизнь перевернулась с ног на голову, я захотела запечатлеть в памяти каждую секунду. Когда я сказала Джонатану, что после потери самообладания  из-за алкоголя, он сказал, что гордится мной. И я могла бы залезть на него и потребовать, чтобы он взял меня тогда и там.

Тот факт, что он оказался чем то большим, чем я когда-либо думала, что мне нужно, нажимает на кнопки, о которых я даже не подозревала.

Я не знаю, как это произошло и почему, но Джонатан без особых усилий стал неотъемлемой частью моей жизни. Я не смогла бы избавиться от него, даже если бы захотела.

Это одновременно пугает и восхищает.

Вместо того чтобы ответить на его вопрос, я отклоняюсь:

— Почему ты так ненавидишь Итана?

— Ты знаешь.

Я качаю головой в его руках.

— Это не только из-за смерти Алисии. Если уж на то пошло, он также потерял свою фабрику, жену и девять лет своей жизни. Если сравнивать, то Итан перенес больше потерь, чем ты.

Он проводит по моей челюсти обманчиво нежным большим пальцем.

— Ты принимаешь его сторону, дикарка?

— Я просто констатирую факты. Я... я хочу узнать тебя получше.

— И ты думаешь, что расшифровка моих отношений с Итаном поможет это сделать?