Светильник, зажженный в полночь, и другие пьесы

ДЖОН БРАУН. Я прочту молитву.

(Во время молитвы стоит очень прямо, высоко подняв голову).

Вот я стою, о господи!

Веди меня! Боже, господь сил, обрушь гнев твой на рабовладельцев. Обрушь на них гнев твой, господь, судия всемогущий, ибо они попирают священнейшую из твоих заповедей, берут мужчин и женщин, наделенных бессмертной душой, и превращают их в имущество.

За это, о господи, судия праведный, пусть поля их родят тернии вместо пшеницы, пусть голод присудит их пожирать плоть их, пусть не будет у них иной влаги, чтобы утолить жажду, кроме соленого пота со лба.

Зло полыхает в этом краю, земля отдана в руки нечестивцев. Которые сами вкушают хлеб свой, но раб и сирый не вкушают хлеба.

Господи, судия всевышний, порушь их кость и плоть. Как взвиваются и пропадают искры, поглощаемые тьмою, так же пусть будет с рабовладельцем, господи, судия праведный, судия грозный.

Раба нужно освободить. Я знаю, что это следует сделать, знаю, что это следует сделать теперь, и знаю, что сделать это призван я. Ибо если не теперь, то когда же? Если не я, то кто?

Господи, помоги мне утешить всех скорбящих.

Даю тебе клятву, господи, что близок час, когда мы приступим к нашему делу.

КОУПЛЕНД. Вот вы — слуга божий. Отчего же вы не преклонили колена, творя столь истовую молитву?

ДЖОН БРАУН. Я не могу преклонять колена. Я должен молиться стоя. Я — слуга господа, это верно, но в равной мере верно и то, что я — господень сподвижник. Господь не сказал мне: «Собери войско и иди брать с боем Харперс-Ферри». Если б господь дал мне столь точное наставление, тогда я и правда был бы всего лишь слуга, коему надлежит преклонять колена. Но дело обстоит иначе. Господь возложил на меня миссию, что же касается отдельных подробностей, они представлены моему личному усмотрению. Это я двадцать лет трудился, вырабатывая план действий. Это я избрал местом для нападения Харперс-Ферри. В этом смысле я господу сподвижник. А раз я ему сподвижник, подобает ли мне преклонять колена?

КОУПЛЕНД. Ну, а грехи ваши и пороки? Из-за них не подобает ли вам опуститься на колени?

ДЖОН БРАУН. Есть ли за мною грехи? Да, есть. Есть ли пороки? Да. Но я стою за бога и за свободу. Вот та истина, та сила, которая поможет мне выстоять… Бог и я одержимы страстью дать людям свободу, и настал тот час в истории, когда это свершится.