Плохие мальчики не влюбляются

«Что ты ей скажешь??»

Ничего. Ничего не скажу я ей. Мне просто надо увидеть ее. Остановить. Убедиться, что в порядке. Сделать для нее хоть что-то. И я снова смогу подышать!

Делаю глубокий вдох, в воздухе словно кислород кончился.

Правая, решаю я, разглядывая балконы и сравнивая с ракурсом на фотке. Дверь в подъезд закрыта. Номера квартиры я не знаю. Ждать, что кто-то выйдет в три из этого подъезда — глупо.

Обхожу дом. С торца — пожарная лестница идущая через балконы. Начинаются балконы со второго этажа.

Подгоняю в упор к дому тачку, не рассчитав в темноте, щелкаюсь носом о стену дома. Фара лопается.

Аааа… Супер! Прости, Дан.

Запрыгиваю на капот, потом скользя кроссовками по мокрому лобовому стеклу на крышу. Отталкиваясь от тачки, слышу как мнется на крыше жесть. Да хрен с ним!

Перехватываюсь за нижний балкон, подтягиваюсь. И уже через мгновение бегу по лестнице вверх. Легкие горят…

Вылетаю на верхнюю площадку. Оглядываюсь. Четыре двери. Все обтянуты строительным пластиком, кроме одной. Вжимаю палец в звонок, прислушиваясь к тишине. Не работает!

Сердце так лупит, что темнеет в глазах.

— Дина! — рявкаю я, долбясь в дверь. — Царева! Дин! Открой, я знаю, что ты здесь.

Пинаю по двери.

— Открывай! Я вынесу ее нахрен!

Замираю, интуитивно ощущая, что она за дверью. Щелчок замка. Дверь открывается.

Молча смотрит мне в глаза. Ни одной эмоции в этом взгляде. Словно, я пустое место. А меня наоборот сминает до боли.

Вырывая дверь у нее из руки, прохожу внутрь прямо в обуви. Горло перехватывает, в ушах стучит пульс.

Толкаю дверь в комнату, там пусто. В туалет… В ванную… В кухню… Диванчик. Подушка. Одеяло. Книжка. Больше никого нет.

Воронин… Провоцировал, да? Молодец. Нравится тебе смотреть, как меня рвет, да? Ну вот такие мы, темненькие. Свои у нас кайфы… Вампиры мы.

Закрывая глаза, обессиленно сползаю по стене на корточки. Ложась спиной на противоположную стену, она тоже съезжает вниз. Скользит по мне оценивающим, равнодушным взглядом. Встречаемся глазами.

Аааа…

Ну прости меня, пожалуйста…

Поехали отсюда, прошу тебя…

Не надо тебе здесь быть. Все равно не надо. Чужая территория. И я не доверяю хозяину.

И домой — не надо.

Я сам что-нибудь придумаю!

Зажмуриваюсь, пытаясь отдышаться от мучительной боли в груди.

Не примет она моего «сам». Очевидно же.

Под ее взглядом, как под облучением теряю последние силы. И чувствую себя больным, разбитым, жалким… Мелким пацаном!

А зачем я ей такой?

Зачем приехал, ну?

Говори что-нибудь.

Нечего мне говорить…

Она просто должна отсюда уехать.

Голосовые связки отказываются подчиняться.

— Ты что-то хотел, Рафаэль?

— Нет. Так… Стих, вспомнился… — улыбаюсь ей болезненно как умалишенный. — Вертятся строчки…