Избавь меня от жениха, сестрёнка

Лиза понимала. Потерять любимую и лучшего друга куда страшнее, чем лишиться дара.

— Но прошло время, и я переосмыслил произошедшее. Вернуть дар стало моей основной целью. Я посвятил этому несколько лет, испробовал множество способов — ничего не помогало. Тогда решил обратиться к сёстрам Ланде. Их советы часто называют эксцентричными. Я готов был услышать нечто необычное, но всё равно им удалось меня изумить. Они порекомендовали посвататься к леди Элизабет. Сложно увидеть логику в том, что для возвращения дара необходимо жениться. Но сёстры Ланде редко ошибаются, а я был достаточно циничен, чтобы считать возвращение дара подходящим поводом для женитьбы.

— Но ведь, выходит, в итоге дар вернулся сам собой — женитьба не понадобилась, — задумчиво выдала Лиза. — Возможно, сёстры ошиблись. Информация, которую получают медиумы, фрагментарна и не полна.

— Как знать? — усмехнулся Брайан. — Справедливости ради, сёстры и не говорили про женитьбу. Я трактовал их слова слишком вольно. Они сказали посвататься к Элизабет. Я думаю, всё, что случилось после — неспроста, — его губы снова коснулись макушки Лизы.

Но этого лёгкого прикосновения Брайану было мало. Он развернул её в кольце своих рук так, что теперь она оказалась откинутой на подушки, а он навис над ней. Они смотрели глаза в глаза, не замечая, как бегут секунды. Лиза мысленно повторяла: "Неспроста". Ей нравилось это слово. Оно было главным в этот момент. Оно всё объясняло и делало её счастливой. Она здесь неспроста! Она нужна была, чтобы к этому прекрасному мужчине вернулся дар. Пусть новогодняя сказка скоро закончится, пусть она длилась всего один день, но у неё красивый финал.

Брайан, видимо, думал о том же. Он тихо и чувственно произнёс ей прямо в губы:

— Мне нужно было снова полюбить, чтобы дар вернулся.

Его признание обрушилось на Лизу горячим пьянящим поцелуем. И хоть она была к нему готова, мир поплыл. Спасаясь от головокружения, она отчаянно сжимала плечи Брайана и отвечала на поцелуй самозабвенно. Лизе казалось, что она ждала этого мгновения вечность. Ждала мужчину, который единственный способен сочетать в своём порыве одержимость и нежность. Она так искренне отдавалась ласкам его языка и губ с таким упоением возвращала ему их, что по его спине пробежала дрожь. Они забылись в сладостной истоме, безоглядно покорились своему безумию. Их унесло…

— Ваша светлость, — в дверь балкона громко и настойчиво постучались, — боюсь, вам срочно нужно вернуться в бальный зал.