Избавь меня от жениха, сестрёнка

Лиза молча наблюдала, как Брайан небрежно стянул рубашку с плеч и отбросил в сторону. Её взгляду предстал безупречно рельефный торс. Виконт и в одежде-то волновал воображение своими спортивными пропорциями, а уж без одежды и вовсе перестал быть похожим на аристократа — ему бы в рекламе фитнес-центров сниматься.

Истинная леди на месте Лизы, наверное, испытала бы неловкость и потупилась бы. Но ей совершенно не хотелось отводить взгляд. И хоть к щекам подступил румянец, она продолжала совершенно не по-светски скользить по взбугрившимся мышцам взглядом.

Тягучее волнение растекалось по её телу. Мужчина, который сидел рядом с ней был слишком сексуален, чтобы не волноваться. Они не касались друг друга, более того, оба знали, что Брайан разделся, если так можно выразиться, по уважительной причине, но это не помогало. Чувственное напряжение между ними неумолимо нарастало.

— Мне нравится, как ты это делаешь, — хрипло произнёс Брайан.

— Что?

— Воспламеняешь меня…

— Чем? — попробовала сыронизировать Лиза. — Взглядом?

Уж кто бы говорил, только не тот, кто смотрит на неё магнетичными зелёными глазами, которые любого способны завести в два счёта.

Лиза чувствовала, как в ней нарастает желание изучить его мускулистый торс не только взглядом, но и прикосновениями. И с этим что-то нужно было делать. Она поднялась с софы.

— Я ведь должна взглянуть на твою спину, — напомнила она сама себе. — Что я там должна увидеть?

Он тоже поднялся на ноги. И будто у них было одно желание на двоих — положил её ладони себе на грудь. Лиза ощутила упругость мышц под гладким атласом кожи. Это, наверное, самое приятное тактильное ощущение из всех, что существуют в природе. Или ещё не самое? Ей сразу вспомнилось, как Брайан дразнил её, что через слои одежды она не почувствуют всю силу аномального тепла его спины, и обещал ей непередаваемые ощущения, если коснётся обнажённой кожи.

Она решила не отказывать себе в удовольствии. Её ладони пришли в осторожное движение. Лиза чувствовала, как остро Брайан переживает её прикосновения. Его веки потяжелели, а грудь пришла в движение от глубоких вдохов. Наслаждаясь тем, какую имеет над ним власть, она в лёгкой ласке добралась до его спины и…

…Лизу ошеломили нахлынувшие чувства — сродни сильнейшему трансу, только она оставалась в ясном сознании. Паранормальный жар опалил ладони и сантиметр за сантиметром распространился на всё тело. Несколько секунд она даже дышать не могла, настолько была потрясена глубиною и насыщенностью ощущений, а потом отпрянула от Брайана.

— Вы лжец! — возмутилась Лиза, не замечая, что от переизбытка чувств снова перешла "Вы". — Ваш дар не запечатан! Я совершенно четко почувствовала его мощную живую силу!

Брайан удивительно тепло и вопиюще счастливо рассмеялся, сгребая Лизу в объятия.

— Я нисколько не лгал, когда говорил, что мой дар давно запечатан. Но со вчерашнего дня во мне начали происходить перемены. Хочешь услышать мою исповедь?

— Разумеется, — гнев Лизы мгновенно сошел на нет, и она позволила увлечь себя обратно на софу.

Брайан удобно устроился, опёршись на подушки спиной, а Лизе пришлось устраиваться на его груди, потому что выпускать её из объятий он не собирался.

— Мне было тринадцать, когда во мне проснулся дар, — начал Брайан свою исповедь. — Это произошло неожиданно. Тогда мы с Итаном были очень дружны и часто затевали совместные приключения. Однажды ночью мы решили тайком обследовать развалины старой часовни, которая по легенде была затеряна где-то в лесу. Мы её не нашли. Зато сами заблудились. Ох и крепко мы испугались, — усмехнулся Брайан с самоиронией. — Не за себя, за родителей. Мы понимали, что если к утру не вернёмся домой, в замке начнётся паника. И вот тогда впервые во мне и встрепенулось кое-что паранормальное.

Лиза осмелела настолько, чтобы тоже обнять Брайана. Она ощущала себя полностью очарованной его историей и сгорала от нетерпения узнать, что было дальше.

— Со мной случился оккультный транс. Не знаю, что испытывал Итан, глядя на меня, но полагаю, ему было жутко. Со стороны действия оккультистов смотрятся пугающе и даже отвратительно. Мне повезло, что я себя не вижу в такие минуты, — хмыкнул Брайан.