Однажды во Франции [ЛП]

Мать замолчала, от гнева ее голос стал громче. Затем продолжила, смягчившись:

— Она встала и ушла, и с тех пор не связывалась с нами. Я много-много лет надеялась, что она это сделает, но теперь, возможно, ее даже нет в живых. Я ценю твое желание помочь отцу, но ты поставила перед собой невыполнимую задачу. — Она вздохнула со звуком, полным душевной боли и печали. — Я прогнала ее. А должна была быть рядом, когда она нуждалась во мне. Я знала, что она обычный подросток с капризами и нелогичным поведением, но не замечала, как она была несчастна. Не было и намека на какую-то проблему. Я подвела ее, Брайони. Она, очевидно, не могла поговорить со мной, и в этом я виню себя. Я была слишком поглощена работой и карьерой твоего отца. Я так хотела поддержать его, что подвела свою дочь. — Она опять остановилась. На этот раз слезы текли по ее лицу, по свежим морщинкам.

Брайони была свидетелем страданий своих родителей на протяжении многих лет. Сначала они оба верили, что Ханна вернется в их жизнь. Будучи директором интерната, Дерек Мастерс создавал видимость серьезного человека. Он преподавал в шестом классе и держал школу в ежовых рукавицах. Но время шло и становилось все более маловероятным, что Ханна вернется домой. Его поведение изменилось.

Полиция списала Ханну на беглянку. Она оставила записку, что уезжает, и взяла с собой кое-какие личные вещи, поэтому они не рассматривали возможность похищения. Но родители не были так уверены и наняли двух детективов, чтобы разыскать Ханну. Ни один не нашел доказательств того, что она жива. Ханна просто исчезла.

И мать, и отец начали бояться самого худшего — что их дочь мертва. Отец больше не мог держать себя в руках. Слишком тяжело стало нести ответственность за четырьмя сотнями детей, обеспечивать их благополучие и образование, когда не можешь позаботиться о своей собственной дочери. Тревога разъедала его, и в конце концов у него случился нервный срыв. Его разрушенная семья переехала в деревню за пределами Дерби. Он был прикован к дому на протяжении многих месяцев, а Джеральдина ухаживала за ним.

Как только он начал поправляться, имя Ханны стало упоминаться реже. Постепенно слезы матери высохли, и она устроилась на работу в местный хоспис, где помогала ухаживать за неизлечимо больными. Навещала их, читала вслух и беседовала с ними.

Брайони тоже стерла болезненные воспоминания, последовавшие за отъездом сестры, но иногда она останавливалась на улице, уверенная, что заметила свою сестру — похожую женщину со светлыми волосами и серыми глазами — и бежала за ней, чтобы в последний момент осознать, что ошиблась.

Брайони перестала корить себя. Сосредоточилась на учёбе. Поступила в университет, завела новых друзей и стала жить без сестры. Каждый раз, когда воспоминания приходили, она гнала их прочь, хотя иногда проливала слезу вместе с Мелиндой. В прошлом году она решила еще раз поискать Ханну. Начала поиски, завела блог и стала надеяться и ждать. Но позже, в марте, ее отец перенес серьезный удар, после чего поиск сестры стал жизненно необходим.