Фараон Хуфу и чародеи

Характерно, что язык «рамки» резко отличается от языка жалоб. Повествовательная часть сказки написана ясно, просто, живо. Она вполне реалистична. Чувствуется, что материал взят автором из близкой ему окружающей действительности. Совсем в ином стиле выдержаны речи крестьянина. Они настолько вычурны, цветисты, перегружены пышными эпитетами и натянутыми метафорами, что некоторые мысли и сопоставления остаются иногда даже непонятными. Правда, отдельные сравнения не лишены образности и выразительности, порою остроумия. Но в целом они достаточно монотонны и уже во всяком случае неподходящи для простого крестьянина. Подобные изысканные и сложные обороты могли выйти из-под пера, точнее калама, опытного писца, полностью овладевшего «изящным» стилем и хорошо знакомого с литературными вкусами своего времени.

Здесь естественно возникают вопросы: в какой среде создано это произведение? какова его тенденция?

Как уже отмечалось, стиль сказки указывает, что она могла быть оформлена, если не создана, только в среде высокообразованных писцов, занимавших более или менее крупные посты в государственном аппарате или храмовом управлении. В тесной связи с ее стилистическими особенностями, на что справедливо указывали некоторые ученые-египтологи, находится ее содержание. Она должна была привлечь слушателя или читателя не увлекательностью повествования или глубиной мысли и полезностью наставлений, а именно красноречием, показать, как можно и должно красиво и изысканно выражаться. Однако речи крестьянина не лишены основной морализирующей тенденции, которая повторяется в каждой жалобе. Она в основном может быть сведена к одному положению: «Правосудие должно быть справедливо и одинаково для всех». В эпоху Среднего Царства эта тема была особенно актуальна. Тогда на основе прогрессирующего имущественного расслоения, растущей частной собственности, распада сельской общины резко обостряются социальные противоречия между знатью, жречеством, высшими чиновниками, в руках которых находились все судебные инстанции, с одной стороны, и основной массой свободного населения, включая средних земледельцев — так называемых «неджесов», ремесленников и торговцев, — с другой. Недаром именно от времени Среднего Царства дошло до нас наибольшее количество различных «поучений», которые по существу представляют собою не что иное, как политические памфлеты, иногда с очень резко выраженной классовой направленностью.