Я убил Бессмертного. Том 4

Главное в бою — не быть сильнее, ловчее, быстрее или что-нибудь там ещё. Главное в бою — держать контроль, инициативу, а это даётся только мастерством и тренировками. К счастью, фехтованию на мечах меня учить не нужно было.

Не дожидаясь, пока противник снова атакует, я полоснул внизу, у его ног, заставляя сместиться ещё на шаг вправо — а затем, когда он сделал следующий выпад, рубанул по крепежам навеса стоящего рядом здания.

При его скорости и опыте он бы, конечно, легко отскочил, не дав тяжеленной балке вместе с куском ткани ударить ему по макушке. Но новая судорога, заставшая его в движении, заставила его на две секунды помедлить. Хрясь!..

— Не стойте под стрелой, — непонятно для местных прокомментировал я — и обрушил удар рукоятью меча прямо на висок воина, силящегося встать. Тот сглотнул, издав неприятный звук — и рухнул плашмя на землю.

…мне теперь нужно его добить? Вероятно, да; в мире боевого гуро милосердие не приветствуется. Вот только… как отреагирует на это Её Величество Хрен-Пойми-Кто-Но-Круче-Чем-Император, и вся её королевская рать?

Пока я размышлял, что делать дальше, ситуация разрешилась сама собой. Один из солдат — стоящий ближе всего к карете — что-то коротко сказал своим подчинённым, и те резво метнулись во все стороны, разгоняя толпу. Зеваки, местные стражи порядка, мои ученики — всех теснили прочь, игнорируя меня.

Что ж, ясно, что это означает. Её Величество желает дать мне аудиенцию.

Так и есть. Когда все посторонние оказались достаточно далеко, капитан охраны скомандовал мне — тоном приказным, но уже без презрения или насмешки:

— Подойди к карете. Высокая госпожа Ино Сонним будет говорить с тобой.

Я еле удержался от смешка. Высокая госпожа, серьёзно? Звучало так, будто она — каланча ростом в два с лишним метра.

Тем не менее, я удержался, оставаясь безукоризненно вежливым. Настоящий джентльмен ведь умеет блеснуть как на дуэли, так и в разговоре с дамой! Подойдя к карете, я наклонил голову — так, чтобы это выглядело не слепым раболепствованием, а изящным соблюдением этикета.

— Госпожа, — коротко поприветствовал я.

— Ты смелый, — раздалось из кареты, и занавеска слегка отодвинулась. — Не многие осмелятся заговорить со мной первыми.

Ино Сонним была… не просто красивой. Это была божественная, неземная красота, когда тело словно выточено из камня резцом гениальнейшего скульптора. И вместе с тем — красота неестественная, отчуждённая. Слишком идеальная, чтобы быть живой.

Я пожал плечами.

— Желай вы моей смерти, я бы уже был мёртв. Чего ещё бояться?

— Смерть бывает не только быстрой и лёгкой, — отозвалась Ино. — Вот, например, тот охранник. Почему ты не добил его?

Я оглянулся на солдата, всё ещё лежащего на земле.

— Простите, — заметил я, — не имею привычки ломать чужие вещи.

— Вещь сломана, — фыркнула Ино. — Когда охранник не может победить встреченного на улице человека, значит, он не может охранять меня.