Маоисты. Филиалы Пекина в Западной Европе

С уходом в октябре 1964 года Хрущёва эта антисоветская пропаганда молниеносно прекратилась. Только в середине января 1965 года в Западной Европе вновь стали появляться китайские брошюры, в которых выражалась оптимистическо-фанатическая вера в будущее: «Марксизм-ленинизм [а-ля Пекин] и впредь будет одерживать одну победу за другой над ревизионистским идеологическим течением [а-ля Москва] и будет развиваться дальше»[33]. Другие восемнадцать брошюр, распространённые на протяжении 1965 года, по своему тону в отношении Советской России были скорее сдержанными. Но затем в течение летних месяцев 1965 года пекинские информационные издания обрушились на новых хозяев Кремля, инкриминируя им «политическое фокусничанье» и обвиняя их прежде всего в том, что они отступили от своих прежних предложений по мирному договору с Германией и по урегулированию (западно) берлинского вопроса; единственное отличие их политики от ревизионизма Хрущёва, утверждала китайская пропаганда, состоит в том, что они «стали более рафинированными в своих методах». Но одновременно пекинская пропаганда пророчила нынешнему руководству КПСС: «На долю этой ничтожной кучки выпала роль жалких насекомых, которых неизбежно смоет волна времени»[34].

Как раз в те дни в Западную Европу была экспортирована и брошюра президента красного Китая Лю Шао-ци «О работе коммуниста над собой». Она превозносилась в то время как публикация, содержащая «серьёзнейший анализ всего, что относится к общепринятой истине марксизма-ленинизма»[35].

Однако не прошло и двух лет, как отдел пропаганды ЦК КПК стал утверждать, что этот «ядовитый сорняк» натворил и за границей «больших бед»; в Пекине пришли к выводу: «Эта книга представляет собой серьёзное зло для марксизма-ленинизма и идей Мао Цзэ-дуна. Её ядом были отравлены весь Китай и весь мир»[36].

В начале 1966 года брошюры обрушились на советское руководство с новыми нападками, подчёркивая, что Пекин и Москва стоят «на диаметрально противоположных позициях» и что «имеются вещи, которые нас разъединяют, но нет ничего, что нас объединяет». Если, утверждалось далее, новое руководство КПСС хочет нормализовать отношения с КПК, то «оно должно отказаться от своей ревизионистской линии и искренне признать свои ошибки. Оно должно открыто и торжественно признать перед коммунистами и народами всего мира ошибочность хрущёвского ревизионизма, ошибочность своего великодержавного шовинизма и своего раскольничества»[37]. Затем — уже в ходе культурной революции — до конца 1966 года появились четыре другие брошюры, посвященные только этому вопросу. Десять различных публикаций 1967 года почти исключительно популяризировали великие преобразования на китайской земле: «Пролетарская культурная революция нацелена на то, чтобы окончательно уничтожить старую идеологию, старую культуру, старые обычаи и нравы, созданные старыми эксплуататорскими классами за последние тысячелетия и отравляющие народ, и породить и сформировать в народный массах совершенно новую идеологию и культуру, совершенно новые обычаи и нравы пролетариата[38].