Записки белого офицера
- Автор: Шидловский Сергей Н.
- Язык: русский
- Год: Алетейя
- ISBN: 978-5-91419-542-4
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Записки белого офицера». Краткое содержание книги:
На следующий день вновь выехали к Владиславовке, которая только на этот раз оказалась занятой большевиками, наступающими на Койасан. Весь день были в бою, прикрывая пехоту, отходящую в заранее приготовленные на Акманайском перешейке окопы. Здесь впервые англичане обстреляли со своих военных судов наступающие цепи красных. К вечеру отошли за проволоку. На железнодорожной станции Акманай нашу батарею, становившуюся уже известной своей лихостью и своей стрельбой, встретил генерал Шиллинг, благодаривший за действия. На ночь отошли с Кирасирским полком в деревню Киять в 7 верстах в тылу проволоки в резерв начальника дивизии; дивизион полковника Ковалинского был оставлен в Огуз-Тобэ в ближайшем резерве.
В Кияте простояли спокойно около полутора недель – никто все еще не верил в возможность держаться на Акманае, а так как в случае отступления в Керчь, очевидно, пришлось бы оставить почти всех лошадей, командир решил все, что возможно, отправить заблаговременно на Тамань. Это было исполнено. На следующий день после отправки был смотр главнокомандующего Боровского (номера шли в строю за орудиями), специально благодарившего батарею и, кажется, он был весьма удивлен ее видом.
В тот же день нам стало известно, что предполагается набег кавалерии на Владиславовку; командир решил вернуть отправленных лошадей и людей. Около 20 апреля 1919 года (точного числа не помню) наши наступали на Владиславовку. К сожалению, я лично не участвовал, т. к. был оставлен при обозе в Кияте по случаю сильного расстройства желудка. Накануне вечером кавалерийские части с нашей батареей выступили, к утру перешли проволоку у Черного моря, без боя заняли деревню Камыши, дальше с боем дошли до предместья Феодосии, повернули по железной дороге на Владиславовку, дошли до нее, но не занимали, и к вечеру вернулись за проволоку. Пехота в это время вышла из окопов и дошла до Койасана. Интересен этот бой был тем, что на маленьком пространстве воевали: кавалерия, пехота, конная и пешая артиллерии, броневые автомобили, бронепоезда, аэропланы и морская русская и английская артиллерии. Стреляли англичане по Владиславовке залпами с дредноута «Emperor of India» из 16 дюймовых орудий; впечатление было страшное, попадавшие снаряды подымали в воздух целые углы хат с окнами, которые в воздухе рассыпались.
Этот набег, вероятно, произвел удручающее впечатление на красных, которые были убеждены в упадке нашего настроения и в нашей деморализации, нас же, наоборот, это приободрило. В этот день был ранен генерал Шиллинг, его заменил произведенный в генералы Слащев. Интересно было также, как английские моряки после боя сошли на берег перед проволокой и с любопытством рассматривали тыл большевиков: они думали увидеть нечто необыкновенное, может быть людей другого цвета, чем в Европе. Затем они с детской радостью накинулись на стадо баранов, взваливали их на плечи и увозили в своих лодках на дредноут.
Батарея наша прекрасно и смело действовала и заслужила благодарность в приказе главнокомандующего Крымской армией. После сего нас с Кирасирским полком отвели в немецкую колонию Кенцгер, простояли там два дня, а на третий были по тревоге вызваны на фронт, т. к. большевики на правом нашем фланге повели наступление и заняли окопы. Но когда мы пришли, положение было восстановлено дивизионом Ковалинского при помощи английской артиллерии с Азовского моря. Нас оставили в ближайшем тылу в деревне Огуз-Тобэ; вся батарея занимала два дома – деревня была страшно переполнена. Простояли мы спокойно около недели, но большевики снова повели наступление и снова заняли окопы. Положение было восстановлено с большими для них потерями. Всего в Огуз-Тобэ мы простояли до 5-го июня – дня нашего наступления. Спустя несколько дней после вторичного наступления большевиков к нам присоединился с Кубани второй взвод. В это же время прибыл из Новороссийска с английским обмундированием полковник Котляревский, командированный за ним еще из Кияти. Одновременно все части получили людские пополнения с Кубани. Настроение значительно улучшилось, и если бы не тревожные слухи про Керчь, где восстание в каменоломнях все разрасталось, было бы совсем хорошо.
Начали снимать понемногу части с фронта и отправлять их в Керчь на усмирение восставших. В самом конце апреля или в начале мая, не помню, батарее было приказано выделить взвод для отправки в Керчь. Командир назначил собираться второму взводу, т. к. он совсем еще не воевал и ему нужна была практика. С появлением второго взвода, в котором я числился младшим офицером, мне пришлось возвратиться в него; вместе с ним я попал в Керчь.