Теория магии

Думаешь? — с сомнением протянула Настя.

— Уверен, — кивнул я, — твоя соседка сейчас не факт, что не проспит прилет метеорита. А утром уже пойдешь наводить шорох среди своих приятельниц.

— Ну ладно, — быстро согласилась девушка, — Только чур в ванную я первая.

— А с тебя утром завтрак из остатков роскоши, — и не подумал я сдавать позиции без боя. — А сейчас огромная чашка кофе. Я видел там на кухне пачку.

— Хорошо, — согласилась девчонка и упорхнула готовить кофе.

Вернулась на небольшую открытую веранду уже с двумя парящими кружками, в которых шоколадной присыпкой были сделаны сердечки.

Я со скрипом в суставе потянулся и поморщился — проклятая конечность не упускала ни одного приятного момента, чтобы его не испортить.

— Болит, — сочувственно кивнула Настя.

Нет, конечно. Наоборот очень приятно, — я с иронией покосился на девушку. — Настя, ну что за глупые вопросы? Раскрошенный сустав не может не болеть. Тем более собранный обратно без особого усердия вусмерть вымотанным врачом.

— Извини, — смутилась девчонка.

— Это ты извини, — я вытянул ногу и уже привычная боль отступила на задворки сознания, превратившись в далекий белый шум, который и не замечаешь пока не обратишь внимание.

— А ты, — Настя отпила глоток и сморщившись добавила в свой кофе еще кусочек рафинада, — своей этой магией не можешь вылечить ногу?

— Нет, — я помолчал несколько секунд и со вздохом продолжил, — Только ненадолго убрать симптомы в виде боли и ограниченной подвижности, как тогда там в лесу. Когда напали эти малолетние шакалы. Не моя специализация. Я всю жизнь имел предрасположенность к гравитации.

— Ух ты, — восхитилась моей многословностью девушка. Я редко радовал ее откровениями. Но сейчас не видел смысла молчать — разговор шел не о будущем, а о магии здесь и сейчас. Поэтому почему не поговорить с восторженно заглядывающей тебе в рот милой девушкой. Тут уже на уровне инстинкта моя тощая грудь выпячивалась колесом и язык начинал молоть все подряд практически без участия мозга.

— Но это значит …. — Настя пошевелила извилинами пару секунд и пришла к правильному выводу, — Это значит, что потом тебя смогут вылечить?

Я только пожал плечами и вспомнил как радовался вновь обретенной возможности ходить нормально. Ничего осталось потерпеть не очень долго. Всего-то пару лет. С хвостиком.

— Володь, — не обычно тихо сказала Настя и подняла на меня свои глаза, — Скажи, пожалуйста, а мы там любили друг друга?

А я задумался. Очень сильно. Вопрос что называется со звездочкой, если не с тремя.

— Понимаешь, Настя, — начал я осторожно подбирать слова, — В том смысле в котором ты это понимаешь сейчас, в 14 не полных лет, наверное, нет. Но любили. Просто, когда проходишь в жизни определённые трудности, то начинаешь ценить и любить человека совсем за другое и по-другому. Я не знаю, как правильно объяснить. Уж прости.