Теория магии

В свою лабораторию я прошел сразу. Схему камеры преобразования мы вылизали еще вчера и дело оставалось только за производством деталей. Ну и моей конечно работой по зачарованию.

Понять, как можно ускорить процесс я пока не смог. Да и если честно изрядно вчера задолбался. И думал только о самом насущном- сне и еде. И совсем не много о чувствах Насти. А сейчас завис и едва не стукнул себя по лбу кулаком. Вот же дурак. Перед носом же все лежит.

— Сергей Петрович, а можете мне рассказать о процессе производства печатных плат? — Ведь сам же вспоминал, что основатель артефакторики инженер-радиоэлектронщик. И откуда он мог взять принципы, если не из производства микросхем? Тем более сам же заметил, что мой управляющий кристалл — это тот же микрочип, как к примеру, в станке с ЧПУ. Просто выполненный на другом физическом принципе.

— Ну …, - ученый прекратил нервничать и закатил мне подробную лекцию на 10 минут, объясняя современные тонкости работы по печатанью плат в микроэлектронике.

— Ага, подождите, — ухватил я наконец свою мысль за кончик, — То есть получается, что впаиваются роботом уже полномасштабные готовые элементы, состоящие из нескольких базовых микросхем. А их в свою очередь печатают целиком из образца.

— Если совсем грубо и упрощенно до нельзя, — согласился со мной ученый, поморщившись на мою трактовку.

— Не суть, — махнул я рукой на дальнейшие уточнения, — Меня тут интересует сам принцип подобной архитектуры.

Вошел в свою лабораторию и сел за стол, на котором все также были разложены материалы. Мне не надо чертить по одной микроскопической линии, как я делал вчера. Нет, надо воссоздать тончайший энергетический узор и одним ударом впечатать его внутрь структуры упорядоченного углерода. И повторить еще сколько-то раз до получения нужного результата. На секунду стало стыдно перед самим собой.

Когда додумался, то решение показалась настолько простым, что стало самому чем я вчера занимался, вместо того, чтобы не много подумать.

— Какой-то изощренный вид мазохизма, — пробормотал я, разглядывая испорченный камень, — сам себе придумал создал проблему, а теперь буду ее героически решать.

— Сергей Петрович, — я вышел из своего закутка и вздохнул, — Мне надо другой камень.

Я протянул ученому старый алмаз.

— А с этим что не так? — удивился мужчина, — нормальный же брильянт.

— Мелкие внутренние дефекты, — не стал посвящать его в детали своих собственных промахов, — просто не сразу заметил. День работы почти насмарку.

— Ладно. — с большой долей скептицизма протянул ученый, — сейчас принесут.

Требуемый алмаз принесли довольно быстро и я начал. Для начала полностью воспроизвел структуру узора в своей памяти, а потом начал на границе своей ауры формировать необходимое плетение. Контроля жутко не хватало. Раз за разом все срывалось и меня уже понемногу стало подбешивать моя неспособность выполнить задуманную работу. Особенно возмущал тот факт, что я точно чувствовал правильность выполнения. Просто пока я не мог удержать эту конструкцию стабильной хоть сколько-нибудь долго.