Электронная книга - «Мир богов. Книга 2 (СИ)». Краткое содержание книги:
Спокойна была лишь виновница поднявшегося переполоха. Женщина-змея выпрямила гибкий стан и с томной улыбкой послала лорду Хаоса воздушный поцелуй. Не удовольствовавшись этим, она приоткрыла рот и, подавшись к нему, продемонстрировала ему беззубую розовую пасть с ядовитым жалом, чем сразу же подогрела интерес повелителя Эквилибриума.
Новости при Сияющем дворе распространялись быстро и вскоре даже рабы знали о том, что лорд Хаоса посадил сына-бастарда на цепь и отправил его в Адскую Бездну.
У Николса новость вызвала смешанные чувства. С одной стороны, он был рад, что его давний мучитель угодил в переделку, с другой — понимал, к чему это ведёт. Пораскинув мозгами, он отправился к наставнику.
— Реме Океан, я не знаю, что мне делать, — признался он после того, как они обсудили положение Лозана и пришли к выводу, что наследником лорда Хаоса ему не быть. — Если слухи не врут, и отец действительно дал разрешение на высшую степень обработки Чака, следовательно, его выкинули из списка наследников и следующий на очереди я. Впрочем, я знал, что рано или поздно он поставит меня перед выбором, но всё же надеялся, что Лозан сумеет приспособиться: ведь мальчик ещё так молод.
— К сожалению, Ваатор прав. У Лозана нет задатков, нужных будущему лорду Хаоса — помедлив, сказал Океан. — Думаю, их божественность с самого начала знали об этом, но решили дать вам время на раздумья.
Глава 35
Разрываемый противоречивыми чувствами принц Хаоса покачал головой.
— Если вы правы, то отец сделал неверный выбор. Дело в том, что я тоже не гожусь в его преемники. Ум и связи — это хорошо, но это не главное для авторитарного правителя. Прежде всего, тот должен обладать природным чутьём на правильные решения и быть жёстким, чтобы воплотить их в жизнь, и не важно, если окружающие воспримут их как самодурство. Да, в случае нужды я справлюсь с навязанной ролью. Весь вопрос в том, какой ценой. Как ни крути, я — творческая натура и не мыслю своё существование без свободы. А какая может быть свобода у того, кто прикован к трону? Правитель — заложник собственных амбиций. Он — раб, который, не зная отдыха ни днём ни ночью, постоянно просчитывает свои и чужие шаги, чтобы упредить врагов и нанести удар первым. Как ни крути, это не моё…
Николс поморщился как от зубной боли.
— Досадно, но вынужден признать, Чак — единственная подходящая кандидатура на роль отцовского наследника. Конечно, я не очень хорошо его знаю, но почему-то мне кажется, что он просто создан для роли правителя. Конечно, он жесток и мстителен, но при этом справедлив и наказывает исключительно за дело. Помню, в детстве я несколько раз так его подводил, что другой на его месте избил бы меня до полусмерти, а Чак ограничивался лишь взглядом, — припомнив, как это было, Николс невольно вздохнул. — Вот только взгляд у него был такой, что со стыда я был готов провалиться сквозь землю. В общем, Чак и без кулаков умеет внушить уважение к себе, а это уже качество истинного правителя. Да и то, что он держит в узде уйму земных богов, уже говорит о многом.
— То есть вас не слишком беспокоит, что он может занять трон лорда Хаоса? — осведомился Океан.
— Беспокоит, — Николс вздохнул ещё тяжелей. — Особенно при том, что отец приказал уничтожить любимую игрушку Чака. Не хотел бы я быть тем, кто принесёт ему известие о гибели Фандоры. Соглядатаи говорят, что он очень привязан к жене и дочерям. Впрочем, вы сами видели, как он носится со своей смертной девчонкой. Представляете, что будет, когда этот безумный кронайн сядет на трон или того хуже в качестве моего подданного будет находиться при Сияющем дворе? Да он будет хуже, чем все внешние враги вместе взятые.
— Тогда что вы предлагаете?
— Для начала нужно помешать уничтожению Фандоры, а для этого нужно освободить её самого могущественного защитника.
— Ваше высочество! — встревожился Океан. — Вы понимаете, что очень рискуете?
— Кто знает, наставник! Кто знает! — Николс беспечно улыбнулся. — Может, именно этого отец и ждёт от меня? Связать Чака благодарностью — очень неплохой ход. В любом случае, Фандора мне нужна в качестве залога его хорошего поведения, поэтому буду чрезвычайно благодарен, если вы дадите знать Аресу, что я жду его в условленном месте.
Золотой император впервые попал в руки Ваатора, поэтому самонадеянно решил, что выдержит любые испытания. Конечно, он знал, что тот искусный палач и умеет так истязать своих подопечных, что даже самые ярые гордецы превращаются в кротких овечек, но был уверен, что с ним этот фокус не пройдёт.
Вот только вскоре выяснилось, что Зевс в искусстве пыток — сущий младенец.
«Физическая боль — ничто», — это была из первых истин, что постиг Золотой император после общения с сатаной Эквилибриума. Он выяснил, что куда страшней, когда терзают не тело, а душу.
Пользуясь возможностью проникать в его воспоминания, Ваатор один за другим нащупывал поворотные моменты, сформировавшие его мировоззрение, и постепенно расшатывал фундамент его характера, исподволь вызывая сомнения в правильности принятых решений и последующих поступков. Первым делом подверглись нападению чувство собственного достоинства и уверенность в себе, затем пришёл черёд гордости, чести, совести и даже любви.
Золотой император бешено сопротивлялся вторжению в святая святых своей души и тогда, чтобы ослабить его оборону, в ход шла физическая боль — сильная, на пределе терпимости, и при том изматывающе долгая. Стоило ему хоть на мгновение отключиться, и Ваатор тут взламывал его защиту и вновь делал своё чёрное дело. Когда появились Николс и Арес Ягуар, он был уже на пределе.
Поскольку охрана принца Хаоса вошла у него в привычку, бог-убийца первым делом исследовал окружающее пространство и, не найдя поблизости угрозы, лишь тогда зажёг магические светильники и посмотрел на громадного чёрного пса, который ответил ему затравленным взглядом.
— Ты уверен, что это наш брат, а не обычная адская псина? — вопросил он.
— Ваатор холит и лелеет своих адских псов, — ответил Николс.
Арес Ягуар скептически хмыкнул.
— Тогда, да. Не похоже, что этого пса холили и лелеяли.
— Зато сразу видно, что его много били и морили голодом.
Стараясь не делать резких движений — сейчас в Чаке было больше звериного, чем человеческого — Николс протянул руку к кронайну, намереваясь снять с него ошейник, но тот поджал хвост и с низким рычанием попятился от него.
— Чак, успокойся! Я пришёл освободить тебя.
Глаза кронайна полыхнули багровым пламенем, тем не менее он дал приблизиться к себе и без единого звука вытерпел болезненную процедуру снятия рабской привязки.
Освободившись, Золотой император принял человеческую форму и опёрся спиной о стену пещеры, что служила ему камерой. Выглядел он куда хуже, чем после пыток Зевса — телесные повреждения были не столь ужасны, но сразу чувствовалось, что пострадал его дух.
Николсу не понравился подавленный вид Чака, и он отругал себя за то, что из-за старой обиды затянул с его освобождением.
— Подожди, сейчас я подлечу тебя…
— Не нужно, — глухо отозвался Золотой император и шагнул в направлении сталагмита в центре пещеры; его образовала вода, что миллиарды лет просачивалась сквозь микроскопическую трещину в потолке и падала оттуда с частотой одной капли за круг Перерождения.
По пути к своей цели он, несмотря на человеческий облик, по-звериному горбился и шатался как пьяный, тем не менее он ни разу не упал, хотя изрезанное трещинами дно пещеры было серьёзным препятствием даже для того, кто здоров телом.
Добравшись до окаменевшей воды, Золотой император вытянул принесённую ею магическую энергию и, облачённый в доспехи, так стремительно развернулся к своим визитёрам, что уже они отпрянули от него.
— Что тебе нужно? — прорычал он, направив кэм на Николса и тот, поняв, что от правильности и быстроты ответа зависит его будущее, не стал изворачиваться и лгать.