Исчезнуть из преисподней

Другая версия звучит чуть лучше. Ее реально похитили и убили. И теперь все те, кто пытается убедить меня в обратном, на подозрении. Но Алекс не мог ее похитить, он был в нашем городе. В то же время кто, как не он, мог иметь доступ во вторую квартиру и вообще знать о ее существовании? В смысле о том, что они соединены.

Оставаться в квартире я больше не могла. Это слишком для моих нервов. До вечерней электрички еще куча времени, да и оставалась вероятность, что я просто сама потеряла телефон где-то здесь, но и это меня не остановило. Я взяла свои вещи и крадучись пошагала в коридор. В открытую дверь детской видно, что помещение осталось без изменений. Стол посреди, сверху монитор. Никаких трупов. Так как я уже была обута, я просто покинула апартаменты.

Тихо спустилась на первый этаж. Как только нужная дверь попалась на глаза, я не отрываясь смотрела на глазок. И чувствовала ответный взгляд, хотя, возможно, это всего лишь мои фантазии. Повернув к двери парадной, я ощущала уже взгляд в спину, что было еще более невыносимо, и, когда до спасительного выхода оставалось всего пару шагов, я побежала. Упершись лбом в холодную железную дверь, чуть-чуть перевела дух и нажала наконец на кнопку. В квартире точно кто-то был, ведь труп не мог сам собой исчезнуть. Но есть вероятность, что они уже ушли, пока я сидела и думала. По-хорошему надо бы вернуться. Звонить соседям, хоть кто-то из них в курсе, что это за квартира такая и кто в ней живет. Связаться с хозяином, допытаться, кому он ее сдал. Вызвать его, наконец, сюда и заставить открыть дверь на первом этаже. Но… Моральные силы меня покинули. Пока я бродила по улицам, я боролась с двумя своими «я», одно из которых утверждало, что совершить все эти действия и связаться наконец с правоохранительными органами — мой гражданский долг, а другое убеждало, что это все не мое дело. Меня втянули в эту историю против моей воли, ради своих корыстных планов и тщеславных интересов, я и так уже заявила об исчезновении человека, дальше пусть все движется без меня. Полиции так и так известен адрес, по которому я проживаю вот уже шестой день. Пусть получают ордер и исследуют все поверхности. Был или не был там труп — они установят достаточно быстро. А я жила только на втором этаже, с меня и взятки гладки.

Я очень долго бродила по узким питерским улочкам в поисках интернет-кафе. Теперь у каждого человека есть выход в Сеть с домашнего компьютера и мобильного, или почти у каждого, поэтому бизнес сей потихоньку изживает себя. Только когда я существенно замерзла от промозглого северного ветра, я вспомнила, что теперь почти во всех почтовых отделениях тоже есть доступ к Всемирной паутине.

Уже через пятнадцать минут я сидела за стареньким, громко шумящим компьютером и искала объявления о сдаче квартир на Социалистической улице. Наконец я нашла ее. Даже в двух разных объявлениях. Точнее не так, сперва я нашла объявление трехмесячной давности. Там она сдавалась как одноэтажная, то есть только та, в которой я жила. А затем, после долгих поисков, я нашла другое объявление, старое, ему больше года. Но как я была вознаграждена! В то время данная квартира сдавалась как двухэтажная! Объявление содержало даже фотографии первого этажа. Я чуть не закричала, увидев винтовую лестницу, упирающуюся в белый люк в потолке. Снизу он, оказывается, закрывается на щеколду. Хозяина звали действительно Аркадий Афанасьевич. И, к сожалению, в тексте нигде не указывалось, почему это вдруг он начал сдавать двухэтажные хоромы как обычную двухкомнатную квартиру на втором этаже. Может, потому что сам теперь живет внизу?