Царь горы [СЛЭШ 18+!]

Он встал и принялся споласкивать чашки. Уложив вымытую посуду, Гарри бесшумно обошёл Снейпа со спины и, наклонившись, прошептал почти в самое ухо:

— А меня зато спасать не нужно, и я не сторонюсь грязной работы.

— Меньше всего я нуждаюсь в подобных одолжениях, — процедил Снейп и слегка отодвинулся. Гарри оглядел его чёрные, густые волосы.

— Это беспроцентный кредит.

— Я ничего от вас не хочу, — Снейп был раздражен. — Вы не вызываете во мне ничего, кроме неприязни. И причина не в том, что я скрипач, а вы руководитель какой-то бандитской группировки. У нас абсолютно разные ценности. Вы меряете всё исключительно миллионами.

— А ты — скрипками? — хохотнул Гарри. Снейп глянул на него с таким презрением, что улыбка быстро померкла, хоть Гарри и хорохорился, как боевой воробей.

— Сколько вам нужно для счастья? Миллиард? Двадцать? Или вам нравится именно власть? Хотите купить Англию в личное пользование?

— Ну что ты, — съязвил Гарри, — согласен на мировое господство.

— И это сделает вас счастливым? — внезапно с долей исследовательского интереса спросил Снейп.

— Да! — крикнул Гарри в ярости. — Это свобода! Поступать как хочешь и когда хочешь! Иметь что хочешь!

— И кого хочешь? — добавил Снейп тихо. Подперев рукой подбородок, он какое-то время сидел молча. Лицо его, как это часто бывало, выглядело непроницаемым. — Я мог бы сказать, чем больше имеешь, тем больше становишься несвободен, но вряд ли вы меня поймёте.

— А разве ты не живешь именно так?

— Мечты, ставшие явью, выглядят весьма причудливо, — туманно отозвался Снейп, похоже, потерявший желание спорить.

Гарри сердился, вытаскивал и ставил на место тарелки и отчаянно хотел продолжить. Что-то не давало ему покоя: не только сам Снейп, но и предмет их разговора. Он никогда не вёл подобных бесед — они казались глупым и бесполезным времяпрепровождением. Дядя, тот и вовсе не умел вступать в диалог, предпочитая отдавать приказы. Снейп же, несмотря на свою неприязнь, поддерживал их пустую болтовню. Это можно было объяснить вынужденным заточением, но почему-то Гарри был уверен, что причина в нём самом. Он не отдавал себе отчёта, что впервые делился с кем-то своими настоящими мыслями, пусть и таким неуклюжим манером.

— И что, вот ты бы действительно довольствовался хлебными крошками и не желал бы больше? Ни в жизнь не поверю.

— Я вырос в нищете, — отрезал Снейп. — В отличие от вас я понимаю, о чём говорю. Не стану утверждать, что уподобился бы Диогену и поселился в бочке, но сейчас я имею больше, чем мне нужно, поэтому львиная доля доходов от моих гастролей уходит в фонд.

Гарри вспомнил, что Снейп помогает тем, кто не может оплатить обучение музыке.

— Вы полагаете, мне нужен собственный самолёт? Замок? Автопарк? Часы за полмиллиона? — Снейп красноречиво глянул на запястье Гарри. — Если груда металла приносит вам счастье… Это ваш мир и ваш выбор.

— У тебя нет семьи. Ни деньги, ни власть не привлекают тебя. Да ты сам вообще счастлив, профессор?

— А вы?