Осень [ЛП]

Она оглядела пустой коридор в поисках каких-либо признаков жизни.

Шум снаружи достиг всемогущего крещендо, а затем прекратился. Смущенная и испуганная, Эмма подбежала к входной двери и уставилась во двор.

Ворота через мост были распахнуты.

Огромный поток спотыкающихся тел несся к дому.

Через несколько секунд раздался еще один шум, на этот раз из кухни. Это был треск стекла. Эмма вбежала в комнату и остановилась как вкопанная. К широкому кухонному окну плотно прижимались бесчисленные больные и разлагающиеся фигуры. Пары холодных, затуманенных и невыразительных глаз следили за каждым ее движением, и остатки онемевших, тяжелых рук начали биться о хрупкое стекло. В жалком ужасе она наблюдала, как серия неровных трещин быстро проложила себе путь через окно от нижнего правого угла до диагонально противоположного угла.

Эмма повернулась и побежала. Она споткнулась о ковер в коридоре и побежала, потом упала в гостиной, приземлившись неуклюжей кучей на ковер. Она подняла глаза и увидела через французские окна, что еще больше гниющих лиц смотрело на нее снаружи этой комнаты. Забыв о Майкле и Карле, она знала, что ее единственный шанс – забаррикадироваться в спальне Карла на чердаке - самой высокой и, как она надеялась, безопасной части дома.

Когда она побежала обратно по коридору к лестнице, входная дверь распахнулась под напором тысячи отчаявшихся тел снаружи. Как плотина, которая вышла из берегов, в считанные секунды внутри оказался неостановимый поток отвратительных существ. Она с трудом протиснулась мимо первых нескольких трупов и добралась до лестницы. Она взбежала по лестнице, а затем остановилась на долю секунды, чтобы оглянуться вниз. Весь нижний этаж дома был устлан кипящей массой извивающихся, гниющих тел.

Она вбежала в свою комнату (так как она была ближе всех) и захлопнула за собой дверь. Борясь в темноте, она отшвырнула стул в сторону и пинком пробралась сквозь груду выброшенной одежды Майкла. Подойдя к окну, она откинула занавески и выглянула наружу, чтобы увидеть, как ее худший кошмар стал реальностью. Ограждение вокруг дома былo снесено по крайней мере в трех местах, которые она могла видеть. Бесчисленные фигуры продолжали, пошатываясь, приближаться к дому, и двор превратился в вздымающееся море тел. Фургон – ее единственное средство спасения – был безнадежно окружен. За остатками забора, насколько она могла видеть во всех направлениях, сотни тысяч темных фигур неумолимо тащились к ферме Пенн.

Позади нее раздался внезапный грохот, и Эмма, обернувшись, оказалась лицом к лицу с четырьмя трупами. Она могла видеть больше их на лестничной площадке, огромное количество тел заставило их войти в комнату. Ближайший из группы из четырех – что–то, что когда-то было полицейским, - на мгновение уставился на нее, прежде чем шагнуть вперед. Она закричала и отчаянно попыталась открыть окно.